Мама на семь лет

Я стою перед Андреем в одном нижнем белье. Симпатичный чёрный комплект из кружева: закрытый бюстгальтер и трусики с высокой посадкой. Я не страдаю лишним весом и не имею растяжек на теле, но сейчас, при ярком комнатном свете и под пристальным взглядом Андрея, начинаю скептически рассматривать себя в стоящее напротив высокое зеркало.

Меня отпускает спустя минуту. Всё хорошо, я выгляжу если не идеально, то очень даже хорошо. Гордо вскидываю подбородок, переступаю платье, которое подарил мне Дымов и с вызовом смотрю ему в глаза.

- Я готова к показу белья, - заявляю ему как можно спокойнее. Голос при этом предательски дрожит.

Андрей чуть кивает и скрещивает руки на груди, давая понять, что тоже готов к представлению.

Прохожу по комнате походкой от бедра. Каждый шаг дается мне с трудом. Развернувшись, вновь смотрю на Дымова. Его глаза потемнели и вцепились в меня мёртвой хваткой. Он внимательно исследует моё тело. Скользит взглядом по ногам, животу и груди. Застывает где-то на уровне губ.

Я вновь иду, останавливаюсь прямо напротив Андрея. Сердце громко колотится в груди.

- Отойди, пожалуйста, я должна продолжить показ.

Дымов вдруг перехватывает меня за талию и крепко к себе прижимает. До боли в рёбрах, до нехватки кислорода. До шума в ушах. Я смотрю в его глаза и нервно сглатываю. В них читается похоть. Такая явная и уничтожающая, что моя уверенность в собственных силах резко гаснет.

- Остановись, дурочка, - мягко произносит он и склоняется надо мной.

А затем целует. В губы.

Ноги подкашиваются, мне приходится ухватиться за широкие мужские плечи, чтобы не упасть. Андрей целует глубоко и настойчиво. Сжимает пальцами мои ягодицы, впечатывая в себя. Я чувствую, как в живот упирается его твёрдость. Меня трясёт от желания и страха. Борис был моим первым и единственным мужчиной и других я не знаю, никогда не пробовала. Как всё пройдет? Нежно? Грубо? Страстно? Судя по нетерпеливым ладоням Андрея, скользящим по моему телу, сдерживать себя он не намерен.

Он мягко подталкивает меня к кровати. Я опускаюсь на чистые простыни, отползаю назад. Дымов снимает пиджак, рубашку и тянется к пряжке ремня. Я уже видела его тело, и оно совершенно. Внизу живота становится невыносимо горячо, когда Андрей накрывает меня собой и вновь целует в губы. Я отвечаю. Смело, страстно, распалённая им до предела.

- Хочу тебя, - шепчет Дымов мне в губы.

- Скажи…

- Что сказать? – спрашивает с легкой иронией, касаясь виска и царапая колючей щетиной.

И продолжая при этом ласкать моё тело.

- Скажи моё имя. Пожалуйста.

- Я хочу тебя, Юля, - усмехается он и вышибает из лёгких весь воздух, заполняя собой до предела.

Глава 17

Я просыпаюсь от того, что пробившиеся меж плотных штор солнечные лучи щекочут нос.

Мне тепло. Спокойно.