Мама на полставки

Эмин прикоснулся к моим губам своими. Горячие, уверенные, твердые мужские губы мгновенно овладели моим ртом. От глубокого, страстного поцелуя меня затрясло…

Затрясло в буквальном смысле.

— Аня! Аня… Что ты здесь делаешь?

Цепкие мужские пальцы держали меня за плечо! Голос принадлежал боссу. Но как он мог одновременно целовать меня так страстно и при этом говорить?!

Что-то не совпадало, поняла я, и… проснулась с огромным сожалением.

— Проснулась! — заявил Эмин.

Мне нужно было время, чтобы прийти в себя и понять, где сон, а где явь?

Я лежала в ванной, полной теплой воды, пена совсем растаяла, а босс смотрел прямо на меня. Тело покрылось мурашками, они скользнули по шее и по груди, замаршировали строем вдоль треугольника между бедер. Я стыдливо схлестнула руки на груди, а босс отодвинулся.

Я осторожно посмотрела в его сторону.

Сабитов был одет, только сбросил пиджак и расстегнул пуговицы до самого низа на той самой рубашке. Я успела оценить, какой широкой и гладкой была его грудь. Очевидно, он уделял немало времени своей спортивной форме и мог даже похвастаться кубиками проработанного пресса. Что меня больше удивило, так это довольно большая чернильная вязь на груди мужчины! Почему-то я не ожидала, что этот утонченный франт наколет на себе замысловатую, объемную вязь.

— Что здесь происходит? — спросила я.

— Хочу задать тебе тот же вопрос! — выпрямился Эмин, сложив руки на груди. — Я зашел в свою спальню и увидел, что ты решила занять ее вместе с младенцем! Девочка на кровати, а тебя — нет. Ты в моей ванне.

— В вашей спальне?

— В моей. Ты заняла мою спальню. Нарочно? В этом есть какой-то умысел?

— Какой? — округлила я глаза.

— Очевидный!

Сабитов посмотрел на меня.

Я пыталась прикрыть свои прелести, но понимала, что босс увидел уже очень многое и даже если не видел подробностей именно сейчас, то имел возможность полюбоваться на них мгновением ранее!

— Решила меня соблазнить?

Эмин вздернул вверх смолянистую бровь и неожиданно опустился на бортик ванны и довольно уверенно развел мои руки в стороны.

— Прекратите!

Сабитов пришпилил мои запястья к бортикам ванны и снова осмотрел меня мучительно пристально и долго. Я не выдержала, когда его взгляд заострился на небольшом пушке на лобке и шлепнула по воде ногой, обрызгав наглеца. Однако он лишь на секунду прикрыл свои бесстыжие, темные глаза, а через миг снова смотрел, и теперь его глаза с капельками воды, повисшими на длинных ресницах, выглядели еще более загадочно и искушающе.

— Если ты такими действиями прямо предлагаешь мне себя…

— Ничего подобного! Я… Я спальней, наверное, ошиблась. Точно помню, что заходила в зеленую комнату. И снова зашла в зеленую.