Мама на полное содержание

В это время кто-то еще перебивает ставку, Сергей снова повышает планку. М-да, дело решенное. Здесь богатые люди, они хотят помочь детям, но сходить с ума никто не будет.

Только думаю об этом, как раздается… знакомый тембр. Золотов прилично повышает сумму торгов.

- Ох, Василиса, ваше имя принесет нам удачу! - шепчет в ухо организаторша мероприятия.

Я закусываю губу. А Герасимов бьет ставку.

- Раз, два… - считает ведущий, называя пугающую сумму.

Егор поднимает руку. Планка еще выше задрана. Не слишком разбираюсь в стоимости украшений, но мне кажется, цена «Василисы» завышена уже в несколько раз. Герасимов краснеет, ему явно не хочется проигрывать. Но и деньги ростовщик считать умеет лучше, чем кто-либо другой.

Он все же перебивает на сумму шага - пять тысяч. Егор спустя секунду повышает цену. В общем, мой кредитор приходит в себя и сдается.

- Продано Егору Золотову. Всем спасибо!

Уж не знаю, было ли поведение Егора безрассудным. Ведь он очень богат и на аукцион пришел явно не отсиживаться, а помогать. Но возможно, в какой-то степени сыграл азарт. Тестостероновые бои, так сказать. Как бы то ни было, я очень рада за судьбу этого лота. Хм, значит, считаю, руки Золотова более подходящими для «Василисы»?..

Не хочу об этом думать, а вот посмотреть вблизи на колье не отказалась бы. Хоть и неудобно подходить с такими просьбами к бизнесмену. Ух, настроение все равно до конца торгов приподнятое.

Золотов еще, кажется, что-то покупает по мелочи. Но с Герасимовым больше тактично не пересекается. А вот мне с этим человеком пересечься приходится, и не в ставках. Порадовалась, что называется, и хватит.

Аукцион подходит к концу, народ начинает расходиться. Моя собеседница унеслась по организационным делам. Золотов с кем-то общается, встав с места. А я, наконец, могу уехать домой. Вот только из дверей меня не выпускают.

- Вот, значит, какая - Василиса Борисовна Васнецова. Интересно…

Чувствую себя угодившей в капкан, хотя меня всего лишь оттеснили в сторону от выхода. В голове проносится - как он меня узнал? И тут же приходит догадка - меня же представляли на сцене.

- Разрешите пройти.

Но Герасимов только водит взглядом по моему лицу и открытым рукам, на фоне черного бархата.

- С вами мы могли бы по-другому договориться, без суда. Нечасто у меня бывают такие вдовы.

- Я предпочитаю букву закона.

Толстяк хмыкает.

- Вот только она безжалостна. А я вполне могу проявить снисхождение. Еще не поздно, Василиса. Какое знаковое имя…

Чувствую на своем локте противное горячее прикосновение. Он схватил меня, с силой.

- Я позову на помощь, - поднимаю подбородок.

Но кредитор только смеется.

- Выставите себя истеричкой.

Он прав? Не успеваю сделать вывод, как снова слышу в зале свое имя. Не от ростовщика и не из уст ведущего аукциона.