Мама для трех лисят. Тайны дворцовых переходов

Фаворитка так резко схватила сумочку, что та окончательно порвалась, и на траву выскользнул простенький самодельный амулет. Шерстяная нить и несколько глиняных бусин.

Я столько времени носила его на себе, что мой запах не вывести и двумя флаконами духов.

Кайрнех резко наклонился, поднял нитку и, резко повернувшись, нашел меня взглядом.

– У мамы болит сердце, – выпалила Аль, – мамочка, дыши.

Кайрнех стиснул нить в руках, а я заторопилась объяснить:

– Я сняла их еще дома, отбросила, оставила в спальне. Это было до...

– Я понял, – глухо произнес Кайрнех.

– Ваши лисята...

– Мои дети всего лишь перепутали, – жестко произнесла я, игнорируя острую боль в грудной клетке, – лисята слишком юны, они шли на запах, и вот вопрос: откуда у королевской фаворитки мои артефакты-самоделки? Я не брала их с собой во дворец. Кто мне ответит на этот вопрос?

На этот вопрос никто не захотел отвечать. Король повелел своей возлюбленной закрыть рот и принять извинения, а Кайрнех...

Он сказал что-то королю, тот кивнул, и мой лис ушел. Я, найдя взглядом Ее Величество, обратилась к ней с разрешением удалиться в свои покои. Сил не осталось совсем.

Альбирея же случайно подтвердила мои слова: она потребовала у теней немедленно найти целителя Далвертона. Вот только тени скрывались в иллюзиях и при таком скоплении народа отвечать или же исчезать не захотели.

Моя малышка расплакалась, и это окончательно убедило придворных, что дети все еще дети и просто ошиблись. Ведь кто в здравом уме разговаривает с иллюзиями?

До покоев я дошла, опираясь на руку Зайры, а после... После магистр Далвертон одним движением погрузил меня в целебный сон.

Глава 11"

"Утром я еле встала. Точнее, еле села: неведомая хворь придавила меня к подушке и... Ох, не неведомая хворь, а три лисьи тушки. И еще три взрослых лисьих тушки лежали в изножье постели. Ай, нет, четыре – похоже, что Силин, Айолин и Найра сплелись в один кокон, а Зайра предпочла принести себе кресло.

– Доброе утро, – тихо проговорила я, но никто из лис не пошевелился. Умаялись они, видимо.

Вчерашняя вспышка показалась мне неоправданной. Точнее, чрезмерной. Ситуация получилась отвратительная, Кайрнех, вероятно, огорчен. Но он слышал все мои эмоции, как до амулетов, так и после. Он не усомнится.

Совсем другое – Деррек-чтоб-его-Эрвитанский, наследный принц Бельвергейла. Мне ведь так и не удалось узнать, в чем именно заключается его проклятье. Что, если оно не просто убивает? Он говорил, что на дуэль потратит всю слюдяную пластинку, значит, проклятье забирает его магию. Умирают ли от этого? Двуликие теряют связь со зверем и в итоге раньше стареют. Но люди...

""Никто не экспериментировал над людьми. Или, что вероятнее, не оставил об этом записей"", – подытожила я.