Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона

— Или… как думаешь, когда у нас с лордом Мэлори появится ребенок… Он… Как думаешь, он… Вдруг он потеплеет ко мне?

Сомнения Кэти тут же развеялись.

— И не мечтай, шавка! Надеюсь, ты знаешь хотя бы цифры! — Кэти кивнула на тяжелые напольные часы у стены. — Я приду за тобой в три часа утра и, если ты передумаешь, выволоку отсюда за волосы!

Я облегченно вздохнула. Все-таки изобразить глупость иногда — самый лучший вариант.

Но что у нее за кровожадные намерения?

— Н-н-но…

— Что?

— Нам бы попрощаться сейчас спокойно, а то вдруг лорд Мэлори догадается…

Ругнувшись, Кэти обернулась к двери и аккуратно ее приоткрыла. Я услышала голос лорда Мэлори, который в коридоре о чем-то тихо разговаривал с уличным мальчишкой.

Привычно уже от его вкрадчивого тона по коже пробежали мурашки. Это еще что? Реакции собственного тела мне не нравились. Нет уж, розовые фантазии и восхищение низким голосом оставим юным девушкам, а мне уже не по возрасту. О деле надо думать.

— Спасибо большое, леди Рихтер! — громко произнесла я. — Вы мне так помогли!

Она обернулась, тряхнув копной светлых волос, окинула меня неприязненным взглядом, но все же ответила:

— Обращайся в любой момент.

Прозвучало примерно как предупреждение: «Не влезай, убьет!»

Мы обменялись еще парой дружелюбных фраз, а затем я, понизив голос, не удержалась от вопроса:

— Кэти, а разве тебе безразлично, что твой… лорд Мэлори готов был жениться…

Я не закончила — и в конце концов вовсе пожалела, что задала этот вопрос. Каюсь, простое человеческое любопытство было мне совсем не чуждо. С одной стороны, это помогало в работе, ведь я всегда стремилась учиться, с другой… С другой, иногда оно пересиливало здравый смысл. Вот как сейчас.

— Мне плевать, — хмыкнула Кэти. — Я стану герцогиней, а денег у меня будет столько, что за сотню жизни не потратишь.

Откровенно. И они с драконом друг друга стоят. Неверно истолковав растерянность на моем лице, Кэти холодно улыбнулась:

— У Седрика все равно вместо сердца кусок камня, он никого, кроме себя, не любит. Ну и своей школы — вот уж кость в горле для всех приличных людей, но Седрик так богат, что ему и слова никто не осмеливается сказать. Не говоря уже… Ну ты сама понимаешь. Не знаю, какой должна быть женщина, чтобы он хоть цвет глаз ее запомнил, не говоря уже обо всем остальном. Видела я дурочек, которые в него влюблялись — и где они теперь? Все, как одна, с ума посходили, одна даже яд пыталась выпить.

— Яд?

— Седрик — как дурман-трава. Один раз попробуешь — и навсегда пропадешь. Вот как ты, дурочка. Хорошо, что я не одна из вас. Жди меня в три.

Сказав это, Кэти выскользнула за дверь, а я попыталась успокоиться. Итак. У меня есть несколько часов до возвращения Кэти.

Нужно составить план. И кое-что… одолжить на кухне.