Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона

На бледном лице появилось удивление.

Я могла бы поклясться, что Черный осклабился, хоть я и не видела его лица.

— Никакой магии, забыл сказать. Сюрприз.

Седрик шагнул вперед, и Черный засмеялся:

— Стойте на месте, лорд Мэлори, а то я в ней прямо сейчас новых дырок наделаю. И вообще — шли бы вы отсюда. Вы тут хозяин, конечно, но эта шлюшка мне здорово задолжала. Это наши дела.

Седрик замер, и Черный в очередной раз меня встряхнул. Он надавил ножом мне на ребро сильнее, и я вздрогнула:

— Дети в подвале! Они…

— А ну замолчи!

Перед глазами от того, как сильно Черный сжал мое горло, потемнело, но внутри все равно разливалось спокойствие. Пускай я так глупо попалась, но сейчас главное — чтобы Седрик вытащил детей и сам остался в безопасности, позвал своих охранников, что угодно — и плевать, что со мной будет.

— Что-то стала слишком бойкая. Как ты с дыркой в боку запоешь, а?

— Стоп, — прервал Седрик, буравя Черного взглядом. Под носом у него выступила капля крови, лицо было белее мела.

Мне показалось, что воздух в комнате потяжелел, а еще — что вокруг стало светлее.

— Не лезьте не в свое дело, лорд, а то…

Черный меня встряхнул, и в следующий момент в комнате поднялся ветер, Черного от меня буквально отшвырнуло. Я пошатнулась и не устояла бы на ногах, если бы подлетевший Седрик не удержал меня за плечо.

— Что… Как…

Я обернулась и успела только заметить, что Черный, который кулем свалился к стене, попытался встать. В следующую секунду его подбросило вверх и снова ударило об пол. Короткий хриплый крик прервался, и Черный затих, свесив голову на грудь.

Седрик стер пятно крови над верхней губой и обернулся.

— Ты в порядке?

— Я… — В ушах шумело, сердце колотилось, я запоздало сообразила, что меня трясет. — Он… Но тот артефакт… Здесь не было магии, я точно знаю, я проверяла, ни один боевой артефакт не сработал, и зеркало, и я… Моя магия тоже, она не работала, а она драконья, и я думала… я думала…здесь было пусто, ни… никакой магии."

"Испуг накатывал волнами, зубы стучали друг о друга, но нельзя было поддаваться панике, нужно было думать о детях, которых предстоит вытащить. Обернувшись, я увидела на пыльном заляпанном неизвестно чем полу каменную крошку — все, что осталось от могущественного артефакта Черного.

Сам Черный был, кажется, без сознания.

— Сын короля — всегда особый случай.

Я не успела снова открыть рот, когда Седрик сграбастал меня в объятья и притянул к себе. Прижавшись ухом к его груди, я услышала бешено колотящееся сердце. От знакомых прикосновений меня затрясло сильнее.

— В следующий раз имей в виду, — проговорил он мне в волосы, — уважать тебя я буду исключительно в теории.

Я возмущенно фыркнула и открыла уже рот, чтобы заговорить, когда за моей спиной раздался стон.

Черный пришел в себя.