Мама для Одуванчика

Варвара Дмитриевна, присаживайтесь, сейчас принесу папку. Или вам лучше электронным файлом? — интересуется девушка, само воплощение суеты.

— Я предпочитаю бумагу, если честно. Если не затруднит.

— Нисколько! Тогда ждите, я мигом, — исчезает за практически незаметной дверью, а следом за ней покидает мое общество и Игорь Владимирович, оставляя меня одну.

Но ненадолго.

Через минут десять на столе передо мной появляется стопка папок.

— Вот, двадцать дел. Можете взять с собой в класс и там спокойно ознакомиться. А потом вернете. Я здесь до трех дня, так что успеете. И вот еще, — подает еще один файл с документами. — Там внутри флешка есть. На ней все о школьном лагере. План работы. И ваши два экземпляра договора, который вы должны подписать и мне сдать, — тараторит девушка, мне остается только молча кивать и улыбаться.

— Олюшка, я тебе шторы принесла. Повесишь, чтобы мне стремянку не тащить, — на пороге появилась женщина в возрасте.

— Да, Марь Иванна. Повешу, — тут же принимает в руки тюль."

"Чувствую, в роли Оли я тут не ошиблась: маленький моторчик «помоги-принеси-подай».

— Давайте я помогу, — тянусь к свисающему концу ткани.

— Ой, да не стоит, — тут же смущенно улыбается девушка. — Что мы будем тебя загружать бытовыми мелочами в первый же день, Варь, — так по-свойски обращается Оля, что дает надежду на то, что, возможно, мы подружимся.

— Да мне не сложно, правда.

Только за радость — влиться в новый коллектив.

В итоге, минут тридцать провозившись с тюлем, болтая ни о чем, мы с Олей нашли общий язык. Оказалось, у нас не такая уж и большая разница в возрасте — она всего на пару лет старше меня — и много общих тем. Обменявшись номерами и договорившись как-нибудь посидеть в кафешке, мы расстаемся. Я сгребаю со стола ждущие меня документы и со стопкой папок личных дел выхожу из приемной.

В коридорах относительная тишина. Большинство учеников уже ушли на каникулы, как пояснила мне новая знакомая, так что, кроме преподавательского состава и началки в лагере, редко кого здесь увидишь.

Направляюсь к лестнице, с трудом удерживая выскальзывающие из рук папки и молю бога, только бы не убиться на этих каблуках с таким грузом в руках в первый же рабочий день. Это будет такое фиаско.

И не знаю, к счастью или наоборот, на моем пути оказывается кто-то, потому что, неловко ступив на ступеньку, я спотыкаюсь и со всем вот этим стремительно лечу вниз. Уже жмурюсь и не успеваю охнуть, готовясь проехаться лицом по бетону, как меня ловят. И я влетаю в чьи-то крепкие руки.

— Ой… — выдаю неловкое, ловя утерянное равновесие. Открываю глаза и встречаюсь с серыми, удивленными, но такими красивыми глазами своего спасителя, который поддерживает меня за руки и улыбается.