Мама для Одуванчика

— Я просто подумал…

— О-о-о, папа! — перебивает отца Ася, буквально подпрыгивая на заднем сидении и высовываясь к нам, — а давай я с Варварой Дмитриевной останусь на эту неделю, а?

Мы с Владом удивленно переглядываемся, и я второй раз за утро теряюсь.

— Я тут просто подумала, — пожимает плечиками девчушка, совершенно не замечая нашей заминки, — у бабули сад, у Ника универ, — рассуждает ребенок с таким серьезным видом, что невозможно не улыбнуться, — а мы с Варварой Дмитриевной могли бы съездить к бабе Шуре с Васькой, попроведовать там… помочь… свежий воздух. Мне же нужен свежий воздух? И речка! Там, наверное, уже можно купаться! — с небывалым воодушевлением продолжает убеждать отца Ася, а тот, в свою очередь, машет рукой и смотрит на меня, очевидно, тоже не зная, как правильно поступить.

— Эм… Ась, у Вари, возможно, свои…

— Я не против, — перебиваю Романовского и ловлю его удивленный взгляд. Пожимаю плечами. — Почему бы и нет. Ася права, ей нужен свежий воздух, да и бабуля с Васькой будут счастливы, они там соскучились уже, — улыбаюсь сияющей, как солнце, малышке.

— А как же занятия? У тебя в субботу тренировка в клубе.

— Тренер сказала, что я молодец и если я пропущу одно занятие, не страшно, — беззаботно кивает головой Ася.

— То есть ты, хитрюга, уже и с тренером поговорила и все заранее продумала? — ухмыляется Влад, щелкая дочурку по носу.

— Ну-у-у, да. Да и Варвара Дмитриевна все равно уже почти живет у нас, так зачем кого-то другого напрягать. А там мы бы вместе… — делает контрольный выстрел Ася. И в этот момент я понимаю, что она гораздо наблюдательней и внимательней и знает значительно больше, чем мы с Владом думали.

— Надо же, какие слова, Одуванчик! — смеется Влад. — Напрягать… тогда… Варь? Ты как? — смотрит на меня, а за ним свой любопытный взгляд устремляет на меня и Ася. Я же только улыбаюсь и пожимаю плечами.

— Не против. Попробуем, — подмигиваю довольной девчушке. — Но лагерь никто не отменял.

— Н-у-у-у… — слышу мученический стон, и ребенок выскакивает из машины, схватив свой рюкзак. — До вечера, пап!

— Ты правда не против? Мы тебя не напрягаем, как выразилась моя супер-прогрессивная дочь? — спрашивает Романовский, когда за девочкой закрывается дверь. — Мне бы было спокойней, знай я, что она с тобой, — подцепляет пальцами подбородок и мимолетно проводит подушечкой пальца по губам. Взгляд по-настоящему обеспокоенный. Такой, что ужасно хочется его поцеловать, что я быстренько и делаю, аккуратно касаясь его губ, и улыбаюсь.

— Я правда не против, — шепчу, — да и мне, наоборот, приятно, что Ася сама идет навстречу, — устраиваю ладошку на щеке Влада, — до вечера?

— До вечера, Варь.

Ужасно не хочется уходить. Ненавижу моменты расставания, даже если они всего на несколько часов.