Мама для наследника

 – Заставить их молчать можно, только взяв в плен и заперев в наших подвалах. Но этим я обреку их на долгую, медленную смерть. Зачем оттягивать неизбежное?

Он дотронулся до моей щеки, стерев слезу, а потом пропустил прядь волос через пальцы.

– Обещаю, если все пойдет по плану, это будут последние жертвы, – сказал Дэйс и отступил от меня на шаг.

Я развернулась к морю, успев заметить, как на гребне волны корабль приближается к нам ближе и ближе. Уже можно было четко разглядеть детали.

Три удара сердца, отдающие в виски, – и огонь охватывает палубу, поднимаясь вверх по парусам. Еще десять ударов – и все судно объято пламенем, будто облитое маслом. Наверное, прошло не больше минуты, прежде чем обвалились мачты. Люди прыгали в воду, ища спасения от огня. Но я знала, что его там нет. Никто не всплывет и не выберется на берег.

Почувствовав слабость, я села на каменные ступени и опустила голову. Нет больше корабля. И нет больше моей надежды. Биран как в воду глядел, когда говорил, что после выполнения заказа они залягут на дно. Жажда наживы до добра не доводит, пусть и пообещает чародей за обычную доставку трех человек стоимость пяти кораблей, выплатив одну сразу. Ничего хорошего от этих чародеев ждать не стоит. Те, кто, глазом не моргнув, потопил целый корабль с экипажем, не остановятся ни перед чем.

– Вставай, Даяна, – дотронулся до моего плеча Дэйс, – не сиди на холодном. Идем, я познакомлю тебя с моей семьей. Возможно, она станет и твоей тоже.

Моей семьей! Я не смогла сдержать всхлип, горько усмехаясь. Да лучше быть безродной сиротой, чем иметь такую семью! Я с трудом поднялась и посмотрела на стоящую у ног корзинку с Вовкой. Брать ее в руки сейчас мне страшно – я почти не ощущала собственного тела.

– Помочь? – участливо спросил Дэйс. – Ты устала?

Я смотрела на чародея и думала: будь у меня чары или суперсила, смогла бы я убить их всех или хотя бы одного, стоящего передо мной? В эту минуту я ненавидела Дэйса так, как никогда и никого. Да что там, до этого момента я даже не знала, что такое ненависть. Настоящая, сжигающая изнутри, застилающая разум.

Я сделала глубокий вдох. Без глупостей, только без глупостей. Я не имею права на ошибку. Возможно, если я смогу поладить с этими людьми – пусть такой зверский поступок и не совмещался в моей голове с понятием человечности, – у меня появится какой-то другой шанс, лазейка, возможность для побега. Но для начала нужно просто успокоиться.

Пелена перед глазами рассеялась, и я выдохнула. Мы едва прибыли в это проклятое место, все только начинается. Уверена, сегодня отнюдь не худший день в моей жизни. Худшее, конечно, впереди.

– Все в порядке, – улыбнулась я, удивившись, что смогла сделать это почти естественно, – я справлюсь сама.