Мама для наследника

– Тогда что это было?

– Твоя родовая способность – взаимодействие с водой. Она тебе подчиняется. И то не всегда, а в определенных случаях. Это не чары. Это как тонкий музыкальный слух или умение художника видеть десятки оттенков красного. У тебя есть связь с водной стихией, когда нужна помощь – она поможет. Но без крайней нужды ты, например, опреснить или подогреть воду не сможешь.

– А почему ты не рассказывал? – устало спросила я. Все наши с Дэйсом отношения строятся на его недомолвках, о каком доверии может идти речь? – Ведь и в купальне проявилась она, неужели ни ты, ни Лем не в курсе этой особенности принцессы?

– Ты не спрашивала, – пожал плечами Дэйс. – Я точно знал о ее способности, Лем, думаю, догадывался. Но зачем тебе об этом знать? Лему не хотелось брать ответственность за твое обучение, а я не видел смысла рассказывать все раньше времени.

– Но ведь это спасло нас сегодня, – заметила я.

– Я знал, что, если опасность станет реальной и неизбежной, ты начнешь взаимодействовать с водой и без моих подсказок и наставлений. Это часть умений твоей предшественницы в этом теле, которые всплывают по мере необходимости, как рефлексы. Об этом свойстве некоторых правителей мало кому известно, только самим наследникам древней крови, которые наличие и вид своих способностей скрывают, и истинным, сильным чародеям.

Я прикрыла глаза; спорить или обсуждать что-либо не хотелось, зато хотелось, чтобы чародей ушел. Жаль, все последнее время идет исключительно вопреки моей воле и желаниям.

– Мне не нравится твое общение с первым помощником капитана, – неожиданно подал голос Дэйс.

– Ты предлагаешь мне месяц прожить в изоляции? – удивилась такому повороту я.

– Почему в изоляции? У тебя есть я. Как видишь, я провожу с вами каждый вечер, так что не вижу проблемы, если ты не станешь общаться с местным сбродом.

– Сбродом? Кажется, ты выбирал лучших? – не удержалась от замечания я.

– Лучших из худших, – усмехнулся мужчина. – Поверь, всем будет проще, если вы с Владимиром постараетесь держаться от команды подальше.

– Хорошо, Дэйс, я тебя услышала, постараюсь, но обещать не буду. На корабле, знаешь ли, сложно прятаться, особенно если нам по-прежнему можно выходить из каюты.

– Можно, конечно, гуляйте. Но по возможности ни с кем не заговаривай. Надеюсь на твое благоразумие.

Чародей поднялся на ноги и подошел к двери.

– Спокойной ночи. Постарайся хорошенько отдохнуть. – И, не дожидаясь ответного пожелания, вышел.

Сын наконец наелся и заснул мгновенно прямо у меня на руках, измученный долгим плачем. Дэйс изверг! Лучше бы сразу покормила ребенка, и он потом нормально спал, а не кричал голодный. И ведь это надо выдержать, а наш тюремщик, скорее всего, не отлучался из маленькой каюты, спокойно ждал.