Мама для наследника

– У вас все получится, – уверенно ответил тот, – ты же сильная. Когда ты с чем-то не справлялась? К тому же будешь не одна, с Владимиром.

– Да уж, это весомый аргумент, – улыбнулась я. – С таким помощником не пропадешь.

– Поверь, без него бы не справилась. Ребенок – источник твоей силы."

"Источник моей силы завозился в корзинке, явно готовясь начать хныкать и требовать еду. Я взяла малыша, думая, стоит ли стесняться призрака. Все-таки мужчина, пускай и давно мертвый. Но привидение нам попалось тактичное, оно любезно отвернулось и подошло к окну.

– Когда-то я думал, что смогу любоваться закатом вечно, – задумчиво произнес дух. – Он казался мне прекраснейшим зрелищем в этом мире. И во всех своих комнатах, где мое присутствие не требует затраты сил, я создал единственный, очаровавший меня вид из окна. Я воспроизвел самый удачный момент, который сохранила память. Облака, подсвеченные красно-фиолетовым сиянием. Светило, погружающееся в воду, еще минута – и оно скроется окончательно, уступив место Кашуру, разгоняющему ночной мрак. И ста лет не прошло, как эта картина мне приелась, лишь вгоняя в тоску от однообразия. А через тысячу, когда Кирдарий захлестнула война, алый цвет навсегда стал ассоциироваться с кровью, пролитой чародеями. В том числе чародеями из моей крепости. Они убивали и гибли сами, разрушая мир, построенный с таким старанием и любовью. Наш новый мир, обжитый взамен прежнего, бездарно потерянного. Прошлый мир, столь совершенный, утраченный по вине таких же властолюбцев, казалось бы, являлся замечательным уроком в назидание потомкам. Но потомки имеют короткую память. И через два с половиной тысячелетия мы видим лишь жалкие остатки былой роскоши. Очередной прекрасный мир пришел в упадок. А я сижу в своей крепости, превратившейся в пристанище убийц, наемников, смутьянов, и по-прежнему наблюдаю ненавистный багряный закат…

– Вы ведь так много можете, обладаете огромным запасом сил, если я хоть немного понимаю в чародействе. Почему же не попытались что-то исправить?

– Я ничего не могу, – покачал головой призрак, – могу воздействовать только на то, что связано с крепостью, – стены, потолки, полы, горную породу. Поскольку духи существуют вне времени и пространства, могу играть с этими двумя материями в весьма ограниченных рамках. Но существовать без крепости и вне ее – нет. Она без меня продолжит стоять дальше, пусть и без тепла из стен и воды с холодом в подвалах. Но люди сумеют это преодолеть. Как и многие другие неудобства в отсутствие хранителя.

Я не знала, что сказать. Дух тяготился своим существованием, это очевидно. Но желать ему скорейшей реализации его мечты я не могла. Наверное, эгоистично хотеть, чтобы тот, кому опостылела жизнь, продолжал жить.