Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера (СИ)

Лерро и Рифас, что стояли впереди, в самом разломе моего щита, синхронно выкрикнули:

— Не о чем жалеть!

И, будто подтверждая свои слова, Лерро ловко выщелкнул одну из тварюшек, а Рифас растворил вторую.

Но долго так продолжаться не могло. Беда пришла снизу: одна из мелких тварей провертела нору и, выскользнув у ног нона, пробила собой его колено. Риф упал, и в ту же секунду вертлявый изм оплел его собой. Ядовитой молнией нонна Шавье убила тварь, но Рифас уже не поднялся.

Вторым рухнул Лерро, его атаковали сразу трое низких бронированных измов.

— Если нас собираются спасать, то сейчас — самый идеальный момент, — хмыкнула нонна Шавье.

Щедро зачерпнув своей жизненной силы, я превратила ее в магию и создала щит над телами Лерро и Рифаса. Кое-как переформировала остатки основной защиты и ими, как тараном, ударила по измам. Большую часть удалось смести с плато, но несколько задержались. Это были…

— Драконы?! — ахнули мы с нонной в унисон.

Это были они. Один огромный, равный по размерам Харелту. И еще один поменьше, поизящней. Драконица?

— Я больше скажу, — охрипшим голосом проговорила нонна Шавье, — это Хранитель Запада!

Драконы взревели и, опустив морды, выдохнули черное пламя. Пламя, что не растапливало снег, но пожирало тела других измов. Пламя, что, обогнув защищенных щитом Лерро и Рифаса, рвануло к нам.

Проклиная себя за страх, я зажмурилась. А после и вовсе закрыла лицо руками. Пусть так, пусть так. Никто и никогда не узнает, насколько слабой и бесполезной я чувствовала себя в момент смерти. И мне, видит Мать Пресветлая, было совершенно неинтересно, как именно это произойдет.

Вот только мертвое пламя лишь дохнуло теплом и отступило.

""Они решили сожрать нас?"" — мелькнула мысль, и я открыла глаза.

Вокруг нас бушевало голубовато-синее пламя! А над нами… Над нами парил огромный, до боли в сердце знакомый дракон, что заливал своим огнем все вокруг!

Обернувшись к нонне, я увидела, что ей еще хуже, чем было мне. Она стояла, вытянувшись в струну и сложив руки на груди. Из-под зажмуренных век текли слезы. Но лицо… Лицо оставалось каменно-спокойным. Неживым. Как будто нонна уже простилась с жизнью.

«Как будто я этого не сделала пару минут назад», — подумала я и, подойдя ближе, крепко обняла духовную наставницу.

— Нас успели спасти. Все будет хорошо. Теперь — точно.

Пламя опадало. Харелт уже превратился в человека и, окруженный языками сине-голубого огня, шел к нам. А еще… С неба опускались и другие драконы. Их было больше сотни! Кто-то продолжал заливать огнем долину, кто-то пикировал и рвал измов когтями.

А я, удерживая в руках ослабевшую нонну, просто смотрела на идущего ко мне Харелта и улыбалась. И, быть может, по моим щекам тоже струились слезы, но, как мне кажется, сейчас у меня есть на это полное право.