Мама для его сына

Стоп! А когда именно у него день рождения? Не спросишь ведь вот так в лоб? Тем более он говорил какой подарок от меня желает.

Вспомнив ту ситуацию, чувствую, как краснею, и не только. Ужас. Распутница-Даша.

– Мне нужно ехать на пару часов вечером, – будто сам с собой говорит. Слегка отрешенно даже.

– Эм… Ясно, – правда не понимаю зачем он мне это говорит.

– А я этого делать не хочу, – резко поворачивает голову и смотрит на меня.

Ну почему его взгляд, как молния? Посмотрел и сразу в тысячу вольт разряд.

– Далер, если ты из-за меня, то не переживай, больше никаких истерик, под кровать залезу, если что.

Улыбаюсь ему, но юмор мой кажется не оценили.

– Я рад, что ты веселишься, – бросает зло.

Ну что я могу поделать? У меня просто стресс так выходит.

– Только нихера смешного в этом нет, – снова начинает шагать по комнате, не замечая нас с малышом.

Рамиль болтает на своем, этот «самолет» изображает, а я сижу и наблюдаю за отцом и сыном.

– Не подходи к окнам и вообще не броди по дому. Я приеду как смогу быстро. Ладно? – вновь обращается ко мне.

– Ладно. Настолько все плохо?

– Пока что никак. Но, если вдруг сдвинется с места, я тебе обязательно скажу. Я уеду в восемь, – язвит он и взглянув на меня уходит.

– И что это было?

К семи спускаюсь ужинать, потому что Надежда Степановна к этому времени оставляет еду на плите и уезжает.

Рамиль днем плохо спал, и пришлось его разбудить тогда, на улице, поэтому пришлось уложить его сейчас.

В доме такая тишина, что я слышу, как дождь тонко стучит по стеклам дома.

Спускаюсь медленно, словно чего-то боясь, ожидая…

Скорее всего Далер еще дома и возможно в кабинете как обычно.

Набираю ароматную молочную кашу, мысленно благодаря домработницу.

Сажусь за стол и даже не успеваю поднести ложку ко рту, как Халилов пугает меня, внезапным появлением.

– Приятного аппетита. Для меня найдется порция?

– Не подкрадывайся больше так, я не хочу умереть молодой от инфаркта. Надежда Степановна приготовила вам мясо запеченное и пюре.

Не отвечает, просто опускается на стул и ждет, без стеснения разглядывая меня.

– Хоть бы постеснялся, – пробурчала, ставя тарелку.

– Я не пацан, чтобы стесняться. Не носи такие облегающие штаны.

– Ага, я виновата.

Усмехаясь, принимается за ужин.

Кое-как поборов неловкость начинаю кушать, то и дело поглядывая на Далера. Представляю такого в ряды обычных офисных сотрудников, к примеру, там бы велась вечная борьба за сердце мужчины.

Не представляю, как справлялась его мать. Быть женой и растить детей в такой жизненной гонке и вечном страхе.

Далер не сказал, как она умерла, но думаю это было ужасно.