Мама для двойняшек босса

– У вас были переговоры, вы сами велели никого не впускать. Поэтому не могла предупредить, Лука Георгиевич. Мне нужно было в больницу, у меня болеет дочь.

– Ах, на этот раз дочь, – нехорошо тянет, прищуривая глаза. Они снова цвета штормового неба, значит, настроение у босса хуже некуда. – Вы уж определитесь, Рада Алексеевна: болеете вы или ваша дочь!

Вспыхиваю моментально и уже открываю рот, чтобы высказать все, что думаю об этом напыщенном засранце, заодно сообщить, что Оля и его дочь тоже! Но Лука вскидывает ладонь, заставляя замолчать.

– За очередное самовольное оставление рабочего места я штрафую вас на тридцать процентов зарплаты. За еще один такой финт ушами последует увольнение.

Стискиваю ручку так, что несчастный пластик хрустит в моих пальцах. Но босс вообще не обращает на это внимания, продолжая вещать:

– Вообще я пригласил вас для следующего. Вот здесь данные заказчика и все контакты. Свяжитесь с ними, они введут вас в курс дела и направят всю информацию для запуска рекламы. Этот заказчик очень важен для нашей компании, поэтому будьте так любезны, – ехидно растягивает босс, заводя меня еще больше, – Рада Алексеевна, проконтролируйте все лично. А теперь можете быть свободны. Объяснительную передадите через Людмилу.

– Лука Георгиевич, у меня важный…

– Не сейчас, Рада Алексеевна, у меня масса работы.

– Это очень, – подчеркиваю, выплевывая слова сквозь зубы, – важный разговор.

– Какое из слов «Вы можете быть свободны» вам непонятно? – Лука взрывается и даже привстает с места. Что с ним?! Какого черта он себе позволяет?! – Идите и работайте! Да! – это он уже в телефонную трубку, отвечая на звонок.

Мне не остается ничего, как встать и пойти на выход. Что ж, никто не сможет меня упрекнуть в том, что я не пыталась познакомить отца с дочерью.

Но все мысли о Луке, как и злость на него отходят на второй план, когда на мой мобильный раздается звонок из клиники.

Кнопке стало резко хуже.

Глава 16

Рада

Благо, я успеваю доделать рекламную кампанию и дать ход ей. До конца рабочего дня остается сорок пять минут. Я выполнила все свои обязанности, даже раньше времени, и имею полное право отлучиться к дочери. Да, я нарушаю правила Луки. Но он сам не хочет меня слушать. У него на уме только железная дисциплина и бизнес. И он не желает слышать о жизненных проблемах своих сотрудников. Просто хотя бы услышать и понять. Мне вообще в последнее время кажется, что мы, простые сотрудники, для него что-то в роде рабов компании: должны отработать положенное время, не поднимая головы.

Тем хуже для Луки. Он банально не узнает о дочери, потому что не дает мне и слова о ней сказать.

– Лена, прикроешь меня, если что? – прошу коллегу, судорожно трясущимися руками собирая вещи в сумку.