Мама для дракончика или Жена к вылуплению (СИ)

Неужели, это ждет и моего ребенка?

Уже ведомый не столько любовью к женщине, сколько любовью к нерожденному дракончику, я писал новые и новые послания: умолял о встрече, заверял в своих чувствах... но писем она моих не читала. Поддавшись порыву, я купил в ювелирном изумрудную парюру: полный комплект из кольца, серег, диадемы, браслета и колье, стоящий небольшое состояние, и отправил их с доверенным лицом Ребекке.

В этот раз я наконец-то получил ответ. Короткое письмо о том, как ей жаль, как она страдает от разлуки со всеми своими детьми, как несправедлива жизнь, что не дает влюбленным быть вместе... Я читал и что-то во мне переворачивалось. Быть может, если бы эти речи вела сама Ребекка, если бы я видел ее вблизи, я бы проникся, но ее изящный почерк с завитками не мог передать тех эмоций, что так завораживали на ее прекрасном лице. Читая о детях, я вспоминал, как иногда она могла неожиданно грациозно остановиться о окна, чтобы свет свечей падал на ее нежные щеки, и смотреть на луну.

— Что случилось? — спрашивал я ее.

— Я так скучаю о своих мальчиках, — улыбалась она грустно, но изящно, и глаза ее блестели, казалось, от непролитых слез.

Да, у нее было еще двое детей от герцога, уже подросших и отправленных в один из лучших пансионов. Но этой красивой материнской грусти не хватало для того, чтобы Ребекка сама ехала навещать их, лишь писала письма и отправляла подарки. Иногда у меня мелькали мысли, что она слишком холодна к детям, но всякий раз я отмахивался от них, считая, что это все оттого, что она вышла замуж слишком рано и никогда не любила мужа-человека. Конечно, прекрасная юная драконица, отданная за какого-то шестидесятилетнего человеческого мага. Конечно, маги стареют не так, как обычные люди, но до драконов им далеко. В этом браке не было любви, впрочем, получив двоих наследников, герцог освободил супругу от своего общества, как это принято среди людей.

И вот теперь и мой ребенок всего лишь в списке малышей, по которым она скучает. Так же прекрасно, выверенно глядя большими глазами, не морща лба, не кривя губ, прекрасно и равнодушно..."

"И именно это письмо раскрыло мне глаза на то, что произошло. Эта женщина играла со мной в любовь точно так же, как это делают светские повесы. Ее карты были иными, женскими: нежность, хрупкость, игривая невинность, но исход один. Я клялся ей в любви, как и она клялась, но что в итоге? Это все были лишь слова, лишь воздух, выдыхаемый изо рта, мираж. Она получила с изумрудной парюрой мое письмо, прочла мое предложение брака, все клятвы и заверения, но что сказал в ответ? Что ей жаль, что судьба разлучает влюбленных, и мы жертвы мировой несправедливости, и как она страдает... на предложение она не ответила ни да, ни нет. Опять завела свои игры, но сейчас и здесь я не был готов играть.