Мама для детей босса (СИ)

Не порти мне момент!

Он ещё и шутит! Шмыгаю носом, мужчина оборачивается, и я обречённо зажмуриваюсь. Фингал у него, конечно, знатный, веко опухло и не поднимается, но здоровым глазом он смотрит даже как-то весело.

— Ну вы даёте, Демьян Аркадьевич! — в кабинет заходит врач, и я подскакиваю с места.

— Я снаружи подожду!

— Нет уж, девушка, сидите и слушайте назначения, — откликается эскулап. — Знаю я этого пациента, от него выполнения рекомендаций не дождёшься. Так что сами будете следить за ним и лечить своего рыцаря, ясно?

Демьян фыркает и тут же морщится — видимо, потревожил больной глаз, а я заливаюсь краской по самые уши.

— Так, ну что тут у нас? Явная контузия, ещё и гипосфагма, естественно…

Меня так пугают эти диагнозы, что я опять всхлипываю, не удержавшись.

— Не надо так переживать, — негромко говорит врач, не отрываясь от осмотра, — это значит всего лишь ушиб и кровоизлияние. Люди говорят: «Сосуд лопнул». Тут, конечно, ситуация похуже, но тем не менее, вам, Демьян Аркадьевич, повезло — удар был явно не в полную силу. Всё могло быть значительно печальнее, с вашим-то анамнезом. Девушка, а вы запоминайте — ближайшие два дня пациенту надо прикладывать к глазу холод каждые час-два. Спать полусидя.

— Э-э, не собираюсь я проверять, как он спит, — открещиваюсь от сомнительной перспективы.

— Ах, Оля, — говорит мой шеф с жутким пафосом, явно издеваясь, — а я-то грудью на твою защиту встал! А ты такую малость для меня не можешь сделать!

— Кто кого будет проверять, сами разберётесь, — отмахивается врач, быстро строча что-то в своих бумагах. — Демьян Аркадьевич, вы сейчас идёте в процедурную, вам нужно ввести противостолбнячную сыворотку. Через два дня приедете на биомикроскопию и рентгенографию. Исключите физические нагрузки. И запомните, ближайшие десять дней — никаких линз! — говорит строго.

Мужчина закатывает здоровый глаз. А офтальмолог протягивает мне листы.

— Глазные капли, все остальные назначения — всё расписано. Я на вас рассчитываю, девушка!

— Меня зовут Оля, — говорю неловко, забирая бумажки.

— Отлично, Оля, очень приятно, а я — Иван Дмитриевич, — врач улыбается мне.

Демьян почему-то мрачно хмурится и оттесняет меня в сторону выхода.

— Нам пора за Костей!

— Ох, точно! — спохватываюсь. — Вы тогда идите, куда вам нужно, а я…

Доктор смотрит на моего шефа насмешливо, тот кивает и практически выталкивает меня из кабинета.

— Демьян Аркадьевич… — начинаю, поворачиваясь к нему, но мужчина тут же меня прерывает:

— Нет уж! Мы перешли на «ты»! Будешь мне «выкать», я… — он задумывается, видимо, пытаясь придумать, как реагировать, а потом расплывается в коварной улыбке: — …буду тебя целовать! За каждое «вы»! Один поцелуй ты уже должна.

Смотрит на меня хитро, а я хватаю ртом воздух.