Мама для чужого сына

Равнодушно возвращает Мэйсона в руки Джо и, лениво опустив ладони в карманы, бродит вдоль гостиной. – А я-то ломал голову, для чего тебе эта пустышка? Она поможет нам с Мозером, так?

– Да… пошли вы! – пружина внутри меня, наконец, лопается. Детонирует такой резкой болью, что закладывает уши. Горло перехватывает спазм, сердце сжимается в тяжелый бесчувственный камень. Мне так плохо… И почему я стою здесь и все это терплю?

– Лика, не уходи! Умоляю, дай мне все объяснить. – Джо перекрывает мне путь. – Я выгоню отца и все расскажу тебе.

– Ты спал с Мией? Это же все чушь – про помощь и иллюзию отношений? – хрипло выдыхаю я, не обращая внимания на Алекса. К слову, он прохаживается вдоль огромного панорамного окна с видом человека, ожидающего приговор суда: ладони сложены, голова опущена. Или он продумывает новый зловещий план?

– Лика, я…

– Говори правду, черт тебя дери!

– Да.

– Пошли вы… – шепчу. – Пошли вы! Все! – уже громче."

"Мэйсон разражается плачем. Джордан бросает на меня тоскливый взгляд и торопится к сыну. Хватает его на руки и прижимает к себе, качает, гладит по щечкам… Мой Мэй… Прощай, малыш. Не вышло из меня няни. Бросаюсь в спальню, как ужаленная. Подбираю свои вещи и комкаю их у груди. На мне футболка Джордана – решаюсь уйти в ней. Ничего, переживет! Мия ему новую купит – под стать ее нарядам, в том же стиле!

– Ну, ну, маленький Мэй! Сейчас дедушка тебя успо-окоит, – воркует Алекс, не глядя на меня. – А скоро и бабуля приедет! И мама Тася.

Ну и замечательно! Вся семейка в сборе. Захлебываясь горечью, неуклюже обуваюсь. Слышу, как истошно кричит Мэйсон, как грубо переговариваются Джо и Алекс… Спорят о чем-то. Плевать. Никогда не чувствовала себя такой грязной, униженной, оплеванной. Ненавижу! Хлопаю дверью, но, похоже, никто этого не замечает – хозяева квартиры поглощены малышом и друг другом. Выскакиваю на улицу, утирая слезы длинной косой. Нашариваю в сумочке телефон – надо вызвать такси, в таком виде гулять – не самая лучшая идея. К моему счастью, машина приезжает быстро. Плюхнувшись на заднее сиденье, звоню Поночке.

– Привет, Улечка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Офигеть, крошка, что я тебе расскажу! Ты видела своего красавчика в утреннем посте Златопольской? Честное слово, я хотела промолчать, но подумала, что это важно для тебя. Знать правду важно.

– Видела. Уля, я согласна ехать в Питер. Договаривайся с Идеей.

Глава 24.

Лика.

Я ожидала чего угодно, но не такой чудовищной лжи. Смотрела в его глаза, ставшие вмиг чужими… Неясно, что я хотела в них увидеть? Раскаяние, жалость, сочувствие, сожаление? А быть может, любовь? Смешно.