Мама для чужого сына

Адвокат Таси суетится, чтобы ей дали условный срок за соучастие. Хотят все на Виктора повесить, такие вот пироги… Это легко, он-то уже за себя не ответит.

– Уверен, адвокату это удастся. Таисия ранее не судима, поэтому… – качаю головой.

– Я буду ходатайствовать о реальном сроке для нее. Не волнуйтесь. – Уверенно произносит Востриков.

Воистину, лучший подарок на свадьбу! Нам остается лишь облегченно выдохнуть…

– Лика! Джордан! – кричит отец, взмахивая руками. – Невесте пора бросать букет! – Наташа нетерпеливо прыгает и хитро потирает ручки. Рассчитывает, что сэр Алекс Осборн на ней женится? Ну… посмотрим.

– Идемте, – предлагает Востриков. – Все завершилось, и я этому несказанно рад. Извело меня это дело.

Личка становится возле пушистой, украшенной белыми бантами арки. Ее глаза сияют долгожданным облегчением, щеки пылают. Завидев маму, Мэйсон радостно гулит и сучит ножками, сидя на руках у няни. Энджи хитро обводит взглядом шеренгу незамужних девчат и отворачивается. Тамада заставляет всех поменяться местами. Издали замечаю Мию, чинно попивающую коктейль за барной стойкой. Магомед уговорил меня ее пригласить, я не смог отказать. Лика размахивается, бросает букет, а тот… Разрезает голубой, пахнущий цветами и травой воздух, как яркая птичка, и летит прямехонько в руки Мии. Златопольская краснеет и удивленно переводит взгляд на Хапаева. Тот довольно смеется и поднимает большой палец вверх. Ну вот… Скоро на еще одну свадьбу идти. А впереди океан… Море, солнце и Энджи в моих загребущих руках…

Эпилог.

Лика.

Прошло три года…

Тяжелые бархатные шторы закрывают сцену, однако узкая полоска света настойчиво пробивается в темноту закулисья. Прищуриваюсь, пытаясь разглядеть членов жюри и своих любимых. Неудивительно, что Джордана нет на месте: наверняка Мэйсон и Симона увели папулю гулять по ковровым дорожкам Кремлевского концертного зала.

– Дай мне посмотреть, мне! – Лиля – актриса озвучки – отталкивает меня и пробирается вперед, поближе к щели между портьерами. От ее метаний тяжелый бархат колышется, наполняя воздух запахом пыли. – О мой бог! Там Кейт Бланшетт! Господи, вы ее видели?

– Да видели, видели! И Данилу Козловского, и Тимати. О-о-о! Егор Крид! Лика, ты видела? – перебивает Лилю Оксана.

– Да видела. Но у меня от волнения… – прокашливаюсь и глубоко дышу. – Даже голос сел. Боровицкие ругаться будут.

– Не будут, – протягивает Оксана. – Виктория в тебе души не чает. Еще бы – лучшая выпускница школы дикторов! Да еще и такой быстрый карьерный рост! Интересно, у них уже есть списки победителей? А денег сколько дадут?

Девчонки трещат, как сороки, а мои мысли улетучиваются.