Мама для двойняшек босса

Это временно, осталось чуть меньше восьми месяцев, и я забуду о существовании этой женщины, – как мантру повторяю про себя, призывая все свое терпение. Сосредоточусь на дочери, на предстоящей операции и реабилитации. О том, как буду отдавать малышей, стараюсь не думать – придется работать с психологом плотнее и чаще. Потому что мысленно я все чаще и чаще называю детей внутри меня своими…

– Так, что с тобой? Почему ты здесь?

– Утром началось кровотечение, я тебе звонила…"

"– А я тебе говорила, что надо меньше таскаться, где попало! – снова взрывается Алиса, буквально смешивая каждое слово с презрением. Откуда в ней столько яда?! Как эта женщина с таким характером и таким отношением к окружающим собирается воспитывать малышей?! – Что с беременностью?

– Удалось сохранить, но угроза прерывания остается.

– Так, с этого дня я запрещаю тебе ездить в клинику к дочери. У тебя, кажется, есть няня? Вот пусть она и выполняет свои обязанности. Будешь посещать ее раз в неделю, думаю, этого будет достаточно.

Я вскипаю за доли секунды. Резко сажусь и прямо смотрю в глаза Алисы. Пусть не думает, что я боюсь ее и за полученные деньги буду пресмыкаться перед ней, выполняя все дурные прихоти, как цирковая собачка.

– Я буду ходить к дочери столько, сколько посчитаю нужным, Алиса. Ты не вправе мне запретить!

– Ты носишь моих детей! И я не хочу, чтобы они родились ущербными только потому, что суррогатная мамаша без мозгов и не заботится о них. По договору…

– В договоре ни слова не сказано об ограничениях на передвижение, – чеканю, поднимая вверх указательный палец и наставляя его на Алису. – Если же ты считаешь, что я грубо его нарушаю, то давай разорвем его, и прямо сейчас сделаем аборт.

Я блефую, играя на грани. Потому что уверена: она ни за что на это не пойдет, ведь дети нужны ей, чтобы сохранить брак с Лукой. Особенно сейчас, когда он выяснил, что у него есть дочь и намерен близко с ней общаться. Но и промолчать, позволяя Алисе идти по головам, не позволю. Иначе в будущем она посчитает нужным запретить мне дышать.

– Если с моими детьми что-то случится, я устрою тебе ад, поверь, – шипит коброй эта «образцово-показательная» женщина. Будущая мать, кстати. – Твоя дочь не получит лечения ни в одной клинике города. Так что будь благоразумнее и думай наперед. Мои дети должны быть в приоритете.

Она выходит из палаты, не прощаясь и оглушительно хлопая дверью. Откидываюсь на подушки и отчаянно жму кнопку вызова медсестры. Самой мне не справиться с накатившим волнением.

А мне есть чего бояться. Жестокость и эгоизм Алисы не знают границ.