Малышка, ты только моя (СИ)

Воздух перестал поступать в легкие и мне казалось, что вот-вот и задохнусь. Лучше бы так и произошло. Но кое-как я смог сделать тяжелый вдох, продолжая дышать.

— Это он? — спросила мусорская мразь.

Да, блять, это он! Мой брат с дырами в голове!

— Пиздец, — только и смог я произнести, опустив голову и уставившись тупо в пол.

За одну секунды пролетела вся жизнь, в которой мы с Матвеем поднялись на самый вверх по ступеням криминального мира. Только я решил отступить от всего и пожить нормальную жизнь.

Пожил, блять!

Эти два гребанных года стоили жизни моего брата.

— Кто это сделал? — прохрипел я, готовый разорвать любого.

— Ведется расследование. Перестрелка случилась на складах. Свидетелей нету, поэтому…

Я налетел на мусора, схватив его за шкирку и впечатав в стену, словно назойливую муху.

— Поэтому ты и твои шакалы не будут лесть! — прорычал я, душа его. — Можешь передать своей верхушки, что я снова становлюсь лидером группировки. Пусть не смеют путаться у меня под ногами. Я вас, суки, всех раздавлю.

Кинув его на пол, я наблюдал, как мент испуганно отполз от меня на безопасное расстояние, а после, вскочив на ноги, скрылся за дверью. Я вернулся к другу, который вместо тупых шуток, что так раздражали меня, молча лежал. Лишь отсутствие дыхания и бледное тело доказывало мне, что он и вправду умер. Его больше нет.

— Как ты мог оставить свою жену и ребенка? Как?

Я прошёлся рукой по своему лицу, словно пытавшись проснуться, но это был не сон, а реальная жизнь. Сраная жизнь, в которой я потерял всех и, если бы не Соня, то я пустил бы себе пулю в лоб. Клянусь.

Закрыв лицо Матвея тканью, я вышел из морга, набирая номер, который уже хотел стереть со своих контактов.

— Руслан, давно я не слышал твой голос.

— Матвея убили, — холодно бросил я.

На другом конце трубки воцарилась тишина.

— Ты знал с кем он отправился на сделку? — спросил я.

— С иностранцами. Если мне не изменяет память, это были американцы.

— Понял. Устрой похороны. И передай нашим, что я возвращаюсь.

Не дождавшись ответа Попова, сбросил трубку. Сел в автомобиль и надавив педаль газа, за час добрался до дома. Уже была середина ночи. Надю пришлось еще до моего отъезда отправить в больницу. Нервный срыв не принесет пользы ни ей, ни её ребенку.

Зайдя в комнату, я встретился с Соней, что сразу при моем приходе выпрямилась на кровати, смотря на меня грустными глазами. Она была прекрасна в этой сорочке. Ничего не сказав, я разделся, кинув одежду на пол и залез к своей девочке, прижав её хрупкое тельце к себе. Вдохнув её сладкий, домашний запах, я кое-как заснул.

Казалось, что я только погрузился в сон, как маленькие ручки начали трясти меня. Я открыл глаза, встречаясь с растерянным взглядом Сони. Она нависла надо мной, облокотившись ладонями на мою грудь.