Малышка (СИ)

— Бон-Бон? — переспрашивает мой отчим, а мамочка только громко сокрушенно стонет.

— С Ени, — откашлявшись, говорит мой доберман.

— Пока вы не нашали жениться, предлагаю всем остыть, — говорит его отец и в эту минуту мне хочется сказать ему спасибо. — Тем более, что разговор предстоит серьезный.

Остыть в самом деле не помешает. И глядя на мамочку, я понимаю, что наш с ней разговор лучше отложить до момента, когда мы будем наедине. Не уверена, что хочу, чтобы мой будущий муж стал свидетелем того, какой мегерищей может быть его будущая теща. То есть, мачеха. Бррр, вот так коктейль получается — Молотов с его горючей смесью нервно курит в сторонке.

— Я отвезу Евгению в гостиницу, — говорит мамочка.

И я, чтобы нее накалять обстановку, предпочитаю ей не перечить. Взглядом останавливаю Рэма, когда тот порывается вставить своих пять копеек. Мамочка принимает тишину за взаимное согласие сторон, идет к двери, жестко стуча каблуками, и, оборачиваясь на меня, делает приглашающий жест рукой. — Ради бога, только избавьте меня от необходимости видеть ваше прощание.

Мне очень хочется сделать ей назло, но я вспоминаю, что моя мамочка всегда была умницей и думала о моем благе даже, когда я свято верила, что она просто хочет испортить мне жизнь. Поэтому я сдерживаюсь, дарю Рэму ласковый взгляд и одними губами говорю: «Увидимся вечером». Он немного хмурится, но после небольшого колебания, кивает. Провожает до двери и на прощание кладет руку на плечо, наклоняется к моему уху и, чуть-чуть задевая кожу губами, обещает:

— Если через пару часов ты не позвонишь и не пришлешь СМС, я буду считать это попыткой покушения на наше счастье.

— И? — не поворачивая головы, спрашиваю я.

— Увидишь, каким злым и безумным я могу быть, Бон-Бон.

Всю дорогу, что я смиренно иду за мамочкой и отчимом, я слышу ее судорожные вздохи. Она как никогда близка к тому, чтобы расплакаться и, честно говоря, мне не по себе, что я — причина этих слез. Я и мое счастье. Надеюсь, когда мы поговорим, она немного успокоиться.

Уже в машине — мы с мамочкой сидим на заднем сиденье, отчим — рядом с водителем — она спрашивает:

— Ени, о чем ты думала?

Замечаю, что она смотрит в окно и кажется такой далекой, как будто мы не сидим рядом, а находимся на разных полюсах земного шара.

— Я думаю о том, что Рэм… он… возможно, и есть тот самый мужчина.

— Возможно, — эхом повторяет она. — Ты даже не знаешь, тот ли это мужчина, но собираешься за него замуж. А ведь я была уверена, что моя дочь никогда не потеряет голову.

— Что плохого в том, чтобы иногда думать сердцем? — немного злюсь я.

— Сердце, Ени, плохой советчик. Тем более в твоем возрасте. Но… мы поговорим об этом позже.

Мы возвращаемся в гостиницу, и я внезапно узнаю, что наши родители сняли номер в том же отеле, что и я.