Малышка на двоих

Стойко молчу, чтобы не испортить момент, пронизанный чем-то сокровенным, непонятной близостью.

Мясо обжигает нёбо, жую и чувствую, что мужчина не отстраняется. Всё так же нависает, поглаживая мои скулы. Он не может меня увидеть, но стойкое ощущение, что меня вовсю рассматривают.

– Нравится?

– Да, спасибо. Здесь очень… необычно.

– Так в топ-лучших или худших?

– Пока я не определилась.

Слышу, как Тим втягивает воздух, чтобы не сказать лишнего. Раздраженно и зло, хотя понимает, что я просто наслаждаюсь моментом. А затем он подаётся вперёд, понимаю это по тому, как его губы проходят по подбородку, прикусывая кожу.

– Промахнулся? – не могу сдержать улыбки, потому что это и не нужно. – Везде промахиваешься?

– Катрина, - мужчина усмехается и, уверена, качает головой. Я слишком хорошо его знаю, чтобы сомневаться. – В темноте ты становишься смелее?

– А ты, очевидно, зовёшь меня полным именем только тогда, когда я что-то учудила или сказала. Разве так сложно?

– Зачем? Объясни реальную причину, Кать. Раньше тебе не нравилось полное имя, истерила, когда так называли. А теперь…"

"– Катя переспала непонятно с кем на своё совершеннолетие, оказалось под действием наркотиков. А после узнала, что телохранители отчима её же и опоили. И жизнь Кати оказалась разрушена, по всем фронтам. А Катрин… - вздыхаю, чувствуя, как напрягается ладонь мужчины. – Катрин стала женой Мирзоева, начала чего-то добиваться. В неё поверил муж, дал возможность начать всё с чистого листа. Быть сильной Катрин мне нравилось больше, чем сломленной Катей.

– Малышка…

Скрипит стул, а после меня прижимают к себе. Тимофей сидит рядом, гладит меня по волосам, его губы путешествуют по щеке и виску в попытке утешить.

– Прости, - чувствую ещё одни ладони на плечах, поцелуй, тонущий на затылке. Тимур. – Я не собирался подслушивать. Думал подкрасться в темноте и прижать, а получилось другое. Но я уверен, что ты никогда не была слабой, Кат…рин.

– Всё нормально, - расслабляюсь, позволяя двум мужчинам обнимать меня. – Думаю, вы всегда можете называть меня Катей. С вами не страшно быть слабой.

Это не признание в любви, но, наверное, намного важнее. Потому что любовь бывает слепа, быстротечна, забывается и ложится мелким шрамом на душе. А доверие не купишь и не выманишь обманом, это рождается само по себе. И никуда не уходит, даже спустя года. Просто нужен небольшой толчок, чтобы вспомнить – Тимам можно доверять.

Всегда можно было. Мне стоило прислушиваться к внутреннему чутью, поговорить с ними, разобраться столько лет назад со всеми проблемами. Возможно, тогда всё бы сложилось по-другому.

– Расскажешь, что было тогда? – Тимур двигает свободный стул, чтобы оказаться близко. Не хочу думать, что увидят официанты, если пользуются специальными очками ночного видения.