Малыши в подарок

Идите, а то опоздаете.

Кивает на вход в больницу.

– Если что, можешь звонить, – открываю дверь и выхожу."

"Он перегибается через подлокотник.

– И чем же ты поможешь? Споешь в трубку Еве колыбельную? – смеется.

Закатываю глаза.

– Захар, это не смешно.

– Юль, – он перестает веселиться и направляет на меня серьезный взгляд, – я справлюсь. Если что, по району покатаю её или по улице похожу. Нормально все будет.

Выдыхаю и закрываю дверь. Вытаскиваю Егора.

– Готов? – подкидываю его на руках.

Он весело угукает и цепляется за мою шею. Ещё раз проверяю Еву, но она вообще не реагирует на то, что вокруг что-то происходит. Поправляю кресло, чтобы дочке было удобнее лежать в нем.

– Все будет в норме, Юлька-пулька, — уверяет Захар.

И я очень на это надеюсь.

На процедуру мы тратим около сорока минут. Егор ведет себя очень позитивно и помогает массажисту. Внимательно слушает все просьбы и охотно все исполняет. И даже хохочет, когда ему разминают ножки.

Медсестра, которая занимается сыном, говорит, что у моего малыша очень хорошо развиты мышцы, но он может просто лениться и не торопиться побежать.

Выходим с Егором в приподнятом настроении. Но стоит увидеть пустоту на том месте, где стояла машина Захара, как внутри меня разливается стужа.

В панике кручу головой. Может, Захар куда-то переехал или переставил машину в тенек?

Но их нигде нет! Машины нигде нет.

– Так, – выдыхаю, вообще стараюсь дышать дальше и не допускать каких-то дурных мыслей, – и где Ева?

Перевожу взгляд на затихшего Егора. Он удивленно моргает и смотрит туда же, куда только что смотрела я, пытаясь отыскать машину Волкова.

Сдерживаюсь, чтобы не застонать от безысходности.

Боже… не надо было оставлять Еву с Захаром!

Глава 23

Захар

Вот надо ж было Назару позвонить в неподходящий момент и разбудить Еву. А мне, придурку, — не догадаться вырубить звук на мобильном.

Назара я уже нахлобучил, брат сам не понял, за что ему прилетело от злого меня.

– Ну что, принцесса, как ты там себя чувствуешь? – смотрю в зеркало заднего вида и выдыхаю, когда понимаю, что Ева не плачет, только слезы на ресницах блестят. – Прости папу, папа ещё не привык, что кто-то рядом так сладко спит и надо звук убирать, чтобы этот сон не нарушил плохой дядя Назар.

Ева моментально реагирует на мой голос и поворачивает личико.

Ну да, я переоценил свои умения. И когда Ева проснулась и залилась слезами, я струхнул, потому что не понял, куда бежать и что делать, чтобы она не рыдала так, словно от этого рева зависит её жизнь.

Я даже рискнул вытащить её из машины, но был награжден ревом сильнее прежнего. И самое оптимальное, что мне пришло тогда в голову, — посадить Еву обратно в кресло и прокатить.

Ну не собирался я так просто сдаваться и звонить Юле. Не в моем стиле.