Малыши в подарок

– А Ада там рядом?

Серега снова что-то мычит, а я закатываю глаза.

– Серега.

– Рядом, да, а тебе зачем моя жена понадобилась?

Цыкаю. Ревнивец хренов. Нет, я, конечно, понимаю, что он когда-то по своей дурости тоже Адку чуть не потерял, но ко мне-то на фига ревновать.

– Помощь её нужна, Серый. Хватит там придумывать всякий бред.

Слышится разговор между ними, и мне отвечает Ада.

– Да, Захар?

– Привет, Ад, – ерошу волосы, выруливаю на их улицу, – мне нужна твоя помощь."

"Ада кашляет, что-то шепчет Сереге, а я не могу сдержать смешка. Сто процентов он сейчас пытается спросить, какого мне от неё надо.

– Помощь какого плана?

– Ты можешь с близнецами побыть? Мне нужно Юльку утащить ненадолго.

Теперь мычать начинает уже Ада. Выдыхает.

– Ну, допустим.

– Спасибо, с меня причитается, – отрубаю вызов.

Бросаю взгляд на заднее кресло. И снова эта тоска все внутри сжимает стальными обручами. Кресла детей. Я их и не убирал. Верил, что скоро снова посажу Еву и Егора в них.

И не знаю, что буду делать, если все пойдет не так, как я сейчас нарисовал в своих мозгах.

Стискиваю руль и резко выдыхаю. Выхожу из машины, звоню в калитку. Терпеливо жду, когда мне откроют, и с трудом сдерживаю широкую улыбку, когда вижу знакомую стройную фигурку. Пригибаюсь, чтобы Юлька не увидела меня раньше времени.

Она открывает калитку, и я вытягиваю её поближе к себе. Она взвизгивает, упираясь в мою грудь. Сталкиваюсь с испуганными синими глазами и тону. Мой океан.

– Захар… – выдыхает как-то обреченно.

– Привет, Красная Шапочка, – выдыхаю в её губы.

Но не тороплюсь. Держусь, чтобы не зацеловать до потери пульса. Надо сначала поговорить и показать ей свои намерения.

– Что ты тут делаешь? – испуганно оглядывается на дом.

– К тебе приехал. Поговорить.

– О чем? – облизывает губы.

Испытывает мою выдержку. Да я и так из последних сил торможу себя. Так бы закинул на плечо и утащил в берлогу.

Захлопываю калитку. Юлька что-то пищит в протест, но я уже беру её на буксир и тащу к тачке.

– Дети…

– Ада присмотрит, я договорился.

Юля задыхается от такой моей наглости. Пытается упираться.

– Малыш, я все равно тебя запру в тачку, и мы поговорим.

Она недовольно рычит, но хотя бы тормозить перестает. Молча усаживается на пассажирское сидение. А я насмотреться не могу. Неужели, мать его, она так близко. Рядом. Только руку протяни – и можно в волосах её запутаться, притянуть к себе и поцеловать.

Но позже… позже.

Молчит всю дорогу. Руки на груди складывает и смотрит перед собой не мигая. Отмирает, только когда мы въезжаем в знакомый поселок. Выезжаю на окраину, откуда видны все улицы. Я случайно наткнулся на это место, пока организовывал все.

– Поговорим?

Юлька смотрит на обрыв и часто дышит.