(Не) отец моего малыша

Успокаивался только на улице, на свежем воздухе. Пришлось выйти на незапланированную прогулку.

Вечерами я практически не покидала стены квартиры. Но сегодня сделала исключение. Как только начало темнеть, мы направились обратно к дому.

Я пела сыночку песенки, а он, утихомирившись, мне улыбался. Активно двигал ручками и ножками, корчил рожицы.

Ах, как же сильно я его люблю.

Мой бутузик! Моя румяная булочка!

Ничего себе! Дениске ведь уже скоро исполнится три месяца.

Как же сильно он вырос и изменился. Стал еще милей и чудесней.

Большие карие глаза, обрамленные длинными чёрными ресницами, пухлые щёчки, пухлые губки, маленький, сладкий носик и волосы… Тёмно-русые. Начинают в темпе расти."

"Карапуз уже во всю улыбается. Улюлюкает. Врачи говорят, что мой малыш опережает свои нормы в развитии. А я никак не могу нарадоваться. Своему счастью. Маминой радости и гордости!

Дениска меня уже очень хорошо знает. Кажется, даже понимает мои эмоции, пытается их копировать. И постоянно требует внимания. Ненасытный, прожорливый бутузик. Про аппетит я вообще молчу.

– Так бы и съела! – хохотала, надувая щёки, кривляясь в ответ смеющемуся сынишке, – А кто у нас тут такой сладенький и вкусненький мальчик? А? Денисочка?

Малыш продолжал веселиться, благодаря чему, моё сердце ёкало от радости.

Не налюбуюсь! Он – моё единственное средство от печали и невзгод.

Мой сыночек… Моя единственная ценность и богатство в этом мире.

Увлечённые играми, мы двигались в сторону нашего подъезда.

Как обычно, некоторые фонари во дворе не работали.

Темень. Подозрительная тишина. И пустота. На улице ни души.

А в груди… вдруг стало очень холодно и, до тупого, покалывающего жжения, крайне тревожно.

Не зря.

Не зря интуиция устроила внутренний бунт. А предостерегающий голос внутри меня настойчиво шептал, что лучше сегодня остаться дома. Как-нибудь иначе перетерпеть капризы ребёнка.

Но кто бы мог подумать, что возле жилого дома, вблизи детской площадки, нас постигнет страшная опасность?

О, Господи!

Я ничего не успела понять. Мир вдруг резко опрокинулся вверх тормашками. Я услышала лишь глухой хлопок, за которым последовала чудовищная боль.

Меня опрокинуло в темноту. Я будто бы катилась кубарем по крутому склону, сдирая кожу до рваных ран и острой, невыносимой рези в голове. И слышала разрывающий, убивающий душу крик.

Плач своего маленького, беззащитного сына…

А после… утонула в ледяной, кромешной бездне.

Так и не успев что-либо понять. И предпринять.

***

Открой глаза. Приди в себя!

Лиля!

Немедленно!

Отчаянно вопил мой ангел-хранитель…

Ну же!

Кое-как я поднялась с асфальта, придерживая рукой, пульсирующий адским жжением лоб. Убрала дрожащую ладонь с головы, посмотрела на неё – кровь.

Божеее! Мамочка милая!

Меня словно утопили в кипятке.