Малыш от чужого папы. Неслучайная связь

Кроватка стоит у стены, просто собранная, а матрасик рядом. Да и в целом детская какая-то… унылая. Словно никто здесь не ждал маленькое чудо.

Перехватываю смущенный взгляд Снежаны. Ей будто стыдно за своего мужа, который и не встретил, и не подготовил ничего. Гад, конечно. Но после Мейера меня уже ничего не удивляет.

Поэтому улыбаюсь широко и говорю бодро:

- Так! Не волноваться! Сейчас все застелим. Ты пока малышку переодень, жарко у вас здесь, - и указываю пальцем на диван. – А еще покорми, наверное? – мямлю неуверенно, потому что девочка «мяукать» начинает.

Снежана разворачивает розовый конверт, снимает с себя верхнюю одежду, садится, откидываясь на спинку дивана. И малышку к груди прикладывает. Лицо молодой мамочки мгновенно смягчается, сияет нежностью и любовью.

Заставляю себя прекратить глазеть на них, непроизвольно ладонь к своему животу прикладываю. И, очнувшись, принимаюсь застилать кроватку.

- Лиль, ты ведь беременна? – неожиданно обращается ко мне Снежана.

- Угу, - мычу, а сама делаю вид, что всецело постелью занята.

- Знаешь уже, кто будет? – допытывается она. Совсем как я недавно.

- Нет, срок маленький, - оглядываюсь на нее.

- А кого хочешь? – приподнимает уголки губ.

- Мальчика, - тяну мечтательно. – Но вообще, не важно. Главное, чтобы ребенок здоров был, - подытоживаю я, но мрачнею, вспоминая об умершей малышке Снежаны.

- А я вот всегда девочек хотела. И когда после ЭКО на УЗИ близняшек увидели, расплакалась, - вновь во множественном числе говорит она и всхлипывает, роняя слезы на личико ребенка.

Приближаюсь к ним, устраиваюсь рядом со Снежаной, приобнимаю ее по-дружески:

- Ты справишься, слышишь? – выпаливаю убедительно. – У тебя выбора нет!

- Спасибо… - смотрит с благодарностью, - …за все.

Киваю, быстро чмокаю ее в щеку – и отвлекаюсь на телефон.

Опять Мейер."

"Выхожу из комнаты, прячусь на небольшой кухоньке.

До боли кусаю губы, потому что и ответить хочу, и в то же время очередные гадости от Артура боюсь услышать.

Подумав, все-таки поднимаю трубку.

- Что с ребенком, Лиль? – чуть ли не выкрикивает Артур, но его голос смешивается с шумом двигателя. Мейер за рулем?

Закатываю глаза недовольно. Ну, что за грубиян!

- Артур, забудь о нем! – рявкаю я, выплескивая обиду.

Мейер дышит как-то тяжело, и я понимаю внезапно, в чем дело. Видимо, он неверно трактовал наш разговор со Снежаной, свидетелем которого стал по моей глупости. Услышал, что ребенок умер, и додумал остальное. В этом цербер - ас.

- В порядке все с ребенком, - спешу успокоить его, но тут же ругаю себя за минутную слабость. - Но ты его у меня не заберешь, ясно? НАС есть, кому защитить. Свои деньги можешь засунуть себе…

- Прости, Лиля. Я и не буду… - прерывается, а я слышу автомобильные сигналы на фоне.