Малыш от бывшего

Хотела бы услышать от него ответы на свои вопросы, может, тогда бы ей стало понятнее.

Ветрова помнила, как сильно волновало друга его материально положение, как стремился он выбиться в люди, как стыдился своего статуса, но даже в страшном сне Аня не могла поверить, что деньги он предпочтёт и ей, Ане.

Раз за разом Ветрова прокручивала в голове их с Петей последнюю встречу, тот разговор, разлучивший друзей на долгие годы. Больше она его не видела, как и планировал, Петя уехал покорять Москву. Хотя, наверное, это слишком громко сказано. Покорять. Это было бы даже смешно, если бы не было столь грустно.

Очевидно, заплатили ему более, чем достаточно для комфортного проживания в столице их необъятной родины, быть может даже предложили что-то еще. Она слишком хорошо знала друга, чтобы не понимать: не будь у него огромной подушки безопасности, он бы не сдвинулся с места. А ведь он и ее звал с собой, обещал позаботиться. Теперь смешно даже. Позаботиться о той, чью жизнь собственными руками разрушил, вот так просто.

Пять лет, они не виделись почти пять лет.

— Ты чего здесь стоишь? — голос Ника вырвал Аню из воспоминаний о болезненном прошлом.

Надо же, это как же глубоко она погрузилась в собственные мысли, что даже не расслышала, как скрипнула дверь и в коридоре появился Варшавский.

— Что…что случилось? — обеспокоенно спросил Ник, вглядываясь в лицо девушки и делая к ней шаг.

Аня не сразу поняла, к чему этот странный вопрос, и только спустя короткое мгновение, почувствовав слезы на собственных щеках, осознала, что плачет.

— Все нормально, — Аня провела ладонями по лицу, смахивая крупные капли, что продолжали катиться из уголков ее покрасневших глаз.

И когда она успела стать такой плаксивой? Что это вообще такое?

Она ругала себя за эту глупую слабость, но ничего не могла с собой поделать. Коктейль из разного рода эмоций рвал девушку на части. Она сейчас напоминала бомбу с часовым механизмом, что вот-вот рванет и разнесет все вокруг в радиусе нескольких километров.

— Ань, — Ник подошел еще ближе, осторожно, словно опасаясь реакции девушки, коснулся ее руки, обхватил своей большой ладонью тонкое запястье и потянул на себя.

Аня сопротивлялась, меньше всего ей сейчас хотелось снова потерять себя, меньше всего хотелось вновь попасть в ловушку чувств, которые, как бы ей ни хотелось, так никуда и не делись.

Почему? Почему сердце такое глупое? Почему она такая глупая? Столько лет она собирала себя, чтобы выжить, выстоять, найти себя в этом жестком мире. А что теперь? Она, получается, наступает на те же грабли? С одной лишь разницей — теперь Аня не одна и от ее решения зависит не только ее собственное будущее, но и будущее сына.

Невольно вспомнились слова Виктора:

«Ты простишь, не сразу, но простишь».