Малыш, который живет под крышей (СИ)

А там раздражать стало до тошноты все — как он дышит, как прикасается, какие у него волосы, губы, руки — бесило все! Какое уж тут удовольствие. Не сработало. Кроме отвращения — ничего. Первый раз стал и последним, а Кира потом курила сигарету за сигаретой на балконе своего номера, пытаясь избавиться от чувства натуральной дурноты.

Что так все сложно-то у нее с сексом, а? Есть же счастливые люди, у которых все это происходит просто и естественно. А Кире Артуровне надо непременно из этого сделать вселенскую проблему. То со знаком «плюс», то со знаком «минус»."

"Но, возможно, во второй раз выйдет лучше? Еще теплое море, пара недель безделья и какой-нибудь симпатичный, на две недели так же свободный от забот мужчина. Из Сургута, Волгограда или Красноярска. Главное, чтобы не из Питера. Чтобы никаких, даже минимальных шансов встретить его потом, после.

Да, это именно то, что нужно. Чтобы не пялиться на обтянутую бриджами задницу всяких там архитекторов. Чтобы не бросать незаметные (причем, не факт, что это именно так, и что ее не попалили) взгляды на его ширинку и гадать — какой он там? На первый взгляд выглядит внушительно. И чтобы ватрушки ему, мерзавцу, не печь — это вообще уже ни в какие ворота не лезет! А ватрушки, как назло, вышли образцово-показательные — пышные, румяные, вкусные.

В общем, решено. Кира в сентябре едет на курорт. Мужчина ей нужен. На две недели. Чтобы потом, дальше, жить спокойно. А шановный пусть со своей Яночкой милуется. Или кто там у него сейчас.

* * *Такси за его спиной только что отъехало. Какого, спрашивается, он вообще сюда явился? Ведь водитель сказал, что не успеют. И не успели. Благовещенский разведен, Дворцовый разведен. На Биржевой или Тучков… нет, тоже не успеют.

Макс устало привалился к парапету Английской набережной. Стал накрапывать мелкий дождик — частый питерский гость. Макс поежился. Все он с самого начала этого вечера делал не так, неправильно. Не надо было ехать с Костяном в клуб. Не надо было там столько пить, и чего — текилы! Ведь он ее не переносит совсем. Не надо было ехать потом к этой Юлечке. Чтобы там так облажаться.

Нет, это текила виновата, однозначно. У него. Впервые. В жизни. Не встал. По-крайней мере, сразу. В общем, когда дело дошло уже до трусов, Макс едва успел отстраниться от шаловливых рук. Потому что сообразил вовремя, блин. Что трогать там нечего. Там все спит! Несмотря на страстные поцелуи и вполне годное женское тело рядом. Обычно к тому моменту, когда дело доходило до снятия белья, содержимое этого белья уже вовсю намекало, что рвется в бой. Но не в этот раз.

Пришлось фиксировать Юленьке ручки якобы в порыве страсти и срочно соображать, чего б такого представить похабного, чтобы исправить положение. А вместо порнухи он вспомнил плечо с татуировкой в виде совы.