Малыш для стервы и холостяка

Особенно если прожорливый Марк снова совершит набег на холодильник."

"Вечером Рихтер заявился в дом с гигантскими пакетами из самого дорогого в городе супермаркета. Судя по всему, скромный список, отправленный ему Ритой, он умножил то ли на два, то ли на три.

— И куда нам столько еды? — выгнула бровь Рита, когда он с гордым видом сгрузил пакеты на кухне. Ну прям добытчик, честное слово.

— Я много ем.

— Я заметила, — хмыкнула Рита.

Она разобрала покупки, обнаружив там, кроме того, что она просила, еще всякую приятную, но дорогую ерунду: клубнику, манго, какой-то странно пахнущий сыр в красивой упаковке, явно недешёвый шоколад… И несколько упаковок готовой еды все из того же супермаркета. А вот это он зря. Готовили там очень и очень средне, несмотря на высокий ценник. Лучше бы шаурму взял в ларьке за домом — и то вкуснее было бы.

Но дело его, как говорится.

Рита зевнула: она реально умоталась за сегодня. Арсюша распробовал все прелести вертикального положения в пространстве, поэтому ползать его величество больше не желало, а желало ходить, так что пришлось и на улице, и по дому водить его за ручки, отчего спина ныла так, будто Рита не с малышом возилась, а фуру весь день разгружала.

— Дя-дя-дя!

Рита повернула голову. На пороге кухни стоял Марк, уже успевший переодеться, а на руке у него восседал счастливый Арсений и жевал рукав его футболки.

— Что ты сказал? — не поверила Рита.

— Дя-дя! — повторил он, глядя на Марка влюбленным взглядом.

— Обалдеть! — выдохнула Рита. — Вот же ты везучая сволочь, Рихтер! И попробуй только Марте сказать об этом. Она ужасно расстроится.

— Почему? — не понял Марк, аккуратно высвобождая измочаленную ткань из цепкого маленького рта.

Рита вздохнула. Иногда тот бывал удивительно тупым.

— Это его первое слово, — пояснила она. — Арсюша даже «мама» еще не говорил.

Марк ожидаемо засветился от гордости.

— Красавчик, — потрепал он племянника по светлой макушке. — С меня тачка тебе на совершеннолетие.

Рита фыркнула.

— Если доживешь! Тебе к тому времени уже под полтинник будет.

Лицо у Марка закаменело, и Рита, вдруг сообразив, что она ляпнула, мысленно застонала. Шутка про «не доживешь», конечно, отлично подходит для того, кто трагически потерял обоих родителей. Просто лучше некуда. Ну что она за человек, а? Ни ума, ни такта.

— Прости, — быстро сказала она. — Я не подумала.

— Все нормально, — через силу улыбнулся Марк. — Ты, собственно, и не обязана об этом думать.

Рита неуклюже кивнула. Чувствовала она себя все равно ужасно.

— Кушать хочешь, Арсюш? — спросила она у малыша, пытаясь сгладить повисшую в воздухе неловкость. Тот радостно заугукал. — Вот и хорошо. Поужинаем, поиграешь немного и пойдем умываться.

— А что на ужин? — внезапно проявил интерес Марк.