Малыш для стервы и холостяка

Когда появился Марк, малыш уже почти спал. Она переложила его потяжелевшее сонное тельце в коляску, откинув ее спинку до максимума, и опустила ниже козырек, чтобы яркое майское солнце не било в глаза.

— Спасибо, можешь идти, — сухо сказала Рита.

— Спасибо, но я бы предпочел прогуляться.

— Гуляй, кто тебе не дает. Не обязательно это делать с нами, твой племянник все равно спит.

— Какая-то проблема? — Марк приподнял бровь. — Так напрягает мое общество?

— Можно подумать, ты моим наслаждаешься, — парировала Рита, с досадой понимая, что, похоже, ей не удастся отвертеться от совместной прогулки. Непонятно только, зачем Рихтеру это надо.

Она покатила коляску по сухому, нагретому солнцем асфальту, который уже был изрисован цветными мелками. Марк шагал рядом, сунув руки в карманы. Он выглядел как мужики на обложках всех этих журналов мод: серые брюки по фигуре, бутылочного цвета свитер и короткое пальто нараспашку. Отвратительно элегантный тип. Он бы еще в пиджаке пошел с ребенком гулять. Идиот.

Рита злилась. Она хотела спокойно погулять с коляской, взять себе ванильный раф в кофейне возле парка, послушать подкаст — в общем, по максимуму насладиться солнечным майским днем. А Рихтер взял и все испортил. Как всегда!

— Мне интересно, — вдруг прервал их затянувшееся молчание Марк, — что ты имела в виду, когда говорила, что я поломал твою жизнь? По-моему, никто еще не умер от того, что его отчислили из школы. Тем более было за что, согласись?

— Я не хочу об этом говорить, — отрезала Рита.

— А я хочу.

— Вот и говори! — психанула она, в самый последний момент успев понизить голос, чтобы не разбудить ребенка. — А я не буду!

— Считаешь, я поступил неверно? — Марк демонстрировал поразительное самообладание. — Вот представь, что Арсений пойдет в школу и там кто-то будет над ним издеваться, что ты тогда сделаешь?

— Научу его защищаться, — буркнула Рита.

— Марта всегда была слишком слабой для того, чтобы себя защитить, — спокойно заметил Марк. — Не у всех есть когти и зубы, как у тебя.

— Они не от хорошей жизни вырастают, знаешь ли, — ядовито проговорила Рита.

Марк дернул уголком рта.

— Я сейчас должен тебя пожалеть? — сухо осведомился он.

— Обойдусь, — у Риты тоненько зазвенело в голове от ярости. Похоже, что ее сейчас понесет и она все-таки выскажет этому придурку то, что так давно хотела. — Меня до сих пор больше всего поражает, знаешь что? Что из всех, кто смеялся тогда над Мартой, ты выбрал именно меня! Не Рогова, который постоянно плевал Марте на спину, не Светку, которая заперла ее в туалете, и даже не Авринского, который стянул с твоей сестры штаны прямо на уроке физкультуры.