Малыш для лучшего друга (СИ)

Прикасаясь ко мне там, где короткий подол платья заканчивается обнаженной кожей моего бедра, или скользя пальцами вокруг моей шеи в собственническом жесте, который я запомнила еще с той нашей ночи и который заставляет меня дрожать в предвкушении его ласкающего рта, но Паша лишь пару раз касается моего уха и щеки губами, все-таки не переходя эту последнюю черту.

– Ребят, ну вы даете! – разбивает мою счастливую иллюзию громкий крик Полины и словно очнувшись от сна, я вздрагиваю и отстраняюсь от Паши, с беспокойством отмечая, с каким любопытством уставились на нас она и ее муж. – Вот это жарища!

– Действительно жарко, – делает вид, что не понял вложенного в это выражение смысла, Паша. – Пойду за водой. Серафима, ты со мной?

– Да, – как утопающий хватаюсь за его протянутую руку. – Я устала, надо бы отдохнуть.

– Потанцуй со мной хотя бы! – просит Поля с жалобной моськой.

– Дай мне десять минут передохнуть и обязательно потанцуем вместе, – уверяю ее, оглядываясь назад, потому что Паша уже ведет меня за собой туда, где располагается наш столик, за которым сейчас никого не осталось.

Глава 30

– Ух, как хочется пить! – обмахиваясь рукой, улыбается Фима, плюхаясь на диван, и приземлившись рядом с ней, я на грани терпения жду, пока она нальет в стакан воду из бутылки и выпьет ее, прежде чем наброситься на ее влажные пухлые губы, которыми она дразнила меня весь вечер, прикусывая их и облизывая так, словно специально хотела привлечь к ним внимание.

Как бы то ни было, ей это удалось. Ее сладкий вкус бьет как электрический разряд по всем рецепторам сразу и мой ошеломленный стон поглощает не менее удивленное хныканье Серафимы, прежде чем я обхватываю руками ее тонкую фигурку и практически затаскиваю ее на себя, целуя глубоко и грубо, как требует адреналин, гуляющий в крови. Мы не останавливаемся ни на секунду, чтобы передохнуть, потому что я просто не могу оторваться от нее, поглощая с безумным голодом минута за минутой, и только когда моя рука оказывается под подолом ее короткого платья, накрывая маленький клочок кружева, она испуганно дергается, отрывая свои губы от моих и в панике оглядываясь кругом. Когда ее испуганные глаза встречаются взглядом с моими, а рот округляется в шоке, я понимаю, что поступил как последний кретин, набросившись на нее прилюдно. Нам нужно уединение.

– Пойдем, – встав и поправив ставшие тесными штаны, протягиваю ей руку."

"Как только ее маленькие дрожащие пальчики нерешительно ложатся на мои, я сжимаю ее ладонь и без всяких сомнений и раздумий направляюсь на цокольный этаж.