Малютка

Показать тебе видео, которое мы записали?

Жесткость Рейес покоробила ветеринара, но ссориться он не хотел — все же сейчас главную угрозу представляла не полиция, а те, кто отправил записку.

— А как вы попали к ним в цех?

— Нас привел человек, на которого мы наткнулись в баре. Он тебя знает.

— В «Хуанфере»? Пинто? Ну конечно, это придурок Пинто, чертов алкаш! Знаете, где он сейчас? В Вирхен-де-ла-Лус. Его так отметелили. Не факт, что выживет… И я следующий!

Вирхен-де-ла-Лус — самая большая больница Куэнки. Пинто поступил туда прошлой ночью, после того как его еле живого обнаружили в канаве неподалеку от промзоны Ла-Монтонера.

— Если бы его нашли часом позже, то привезли бы уже не сюда, а в морг, — объяснил им доктор Каудете. — Сломано несколько костей, но что хуже, у него тяжелая черепно-мозговая травма, пробит череп. Проще говоря, он потерял часть мозга и, хотя выжил, сознание к нему уже не вернется. Простите, это звучит жестоко, но лучше умереть, чем так мучиться. Мы позвонили его брату, священнику в деревне под Бургосом, однако навестить его никто не приехал.

— А как это случилось, известно?

— Полагаю, его избили, но подтвердить это — уже ваше дело. Мы, врачи, лечим, а полиция разбирается, что и как произошло. На данный момент оценка жизненных функций дает более или менее удовлетворительные результаты."

"Человека избили до полусмерти за то, что он сообщил о нарушениях в свиноводческом цеху, — проигнорировать такое они не имели права, как бы ни были заняты поисками коллеги. По крайней мере, так считала Рейес.

— Нам не обязательно заниматься этим самим, но такой беспредел нужно остановить. Мы можем привлечь других полицейских, пусть займутся. Ты же видел, что там происходит с животными! Если тебе их не жалко, то хотя бы подумай о том, что нас могут кормить этим мясом. Я, наверное, вегетарианкой стану после того, чего насмотрелась в этом цеху.

Рейес права, думал Ордуньо, но вопрос в том, подходящий ли сейчас момент. Они спустились в кафе при больнице — выпить кофе и обсудить, что делать дальше: начать объезжать окрестные фермы или остаться в Куэнке и продолжать искать кого-то, кто опознает человека на фотографии.

— Разрешите к вам присесть?

К ним подошел мужчина лет шестидесяти в старомодном костюме и плаще.

— Пожалуйста, садитесь, — отозвался Ордуньо.

— Меня зовут Викториано, Викториано Альгуасиль. Я адвокат, но поговорить с вами пришел не как юрист. Просто хочу помочь другу. А вы Родриго Ордуньо и Рейес Рентеро, если меня верно проинформировали?

— Вас прекрасно проинформировали. Что ж, теперь мы знакомы. Расскажите же, чего вы от нас хотите.

— Вы городские… Не знаю, поймете ли вы меня. В деревне и в городе дела делаются по-разному.