Одержимость Малиновского

— Ты же умный, сам догадайся… — игриво улыбаюсь, наблюдая, как у него расширяются зрачки. — А знаешь… — он изогнул бровь, сжав свои ладони на моей талии.

— Продолжай… — наклоняется он ко мне. — Только… — сердце пропустило удар.

— Что только? — теперь уже я игриво выгибаю бровь и нарочито медленно двигаю руки вниз.

— Ты с огнём играешь, котёнок… Не боишься последствий?

— Действительно, чего это я… — Прекращаю свою сладкую пытку. — Иван, руки…

Он с шумом вдохнул, но подчинился. Я разворачиваюсь и походкой от бедра направляюсь в свою комнату.

— Ты куда, а чай? — летит мне в спину.

— Планы изменились, хочу искупаться, — пожимая плечами, невозмутимо отвечаю.

— Так бассейн в другом направлении.

— Я на речку собралась, сейчас полотенце захвачу и пойду. — Разворачиваюсь к нему и строго так: — Не вздумай вновь нарушить моё уединение.

Я чудом не рассмеялась, заметив, как Иван нервно сглотнул, вновь отвернулась и продолжила его доводить до грани сексуальной походкой. Более того, я уверена, что он будет наблюдать за мной. Посмотрим, насколько его выдержки хватит. А то взял моду на тренировках меня ненавязчиво соблазнять, пора оплатить ему той же монетой.

* * *На речке я изо всех сил старалась выглядеть сексуальнее, чтобы у него от одного моего вида в штанах задымилось, и он рванул ко мне на всех порах. Но Иван оказался стойким, сумел сдержаться, так что через полчаса я злая и неудовлетворённая вернулась домой, обмотав полотенцем обнажённое тело.

— Как водичка? — невозмутимо интересуется, отпивая чай из своей кружки.

«Чтобы ты поперхнулся!» — мысленно пожелала ему «блага».

— Нормальная, — процедила сквозь зубы и направилась к себе — пора спать, даже чай пить перехотелось.

— А чего такая взвинченная? — летит мне в спину, причём ехидненько так.

Я резко разворачиваюсь и направляюсь к Ивану, который в самый неподходящий момент решил стать целомудренным. И когда осталась пара шагов, я как бы невзначай теряю полотенце. Малиновский закашлялся, поперхнувшись чаям. Накаркала. Я ловким движением руки поднимаю с пола полотенце и, наспех прикрыв себя, подхожу к пострадавшему от моего гнева.

— Что ж ты так неосторожно? — заботливо стучу его по спине.

Тот замер.

— Кх… — прочистил он горло. — Это сейчас что было?

— Ты о чём? — сделал вид, что не понимаю его вопроса, решив — пора убегать, пусть мужик почувствует себя охотником.

— Ты сама знаешь… — лаская меня взглядом, отвечает. Неожиданно рука Ивана легла мне на бедро, я чудом сохранила невозмутимый вид. Он медленно проводит ею вниз, и вот уже его пальцы касаются обнажённого участка моей кожи, опаляя её. — Достаточно сказать только три слова: «Я принадлежу тебе»… — произносит он интимным голосом, поедая меня горящим взглядом.