Большой секс в маленьком городе

Я ожидала услышать нечто нелицеприятное в свой адрес, раз уж я вновь на боевом посту, но Дед неожиданно замолчал, вздохнул, посмотрел на меня с печалью и произнес:

– Нельзя, чтобы дело осталось нераскрытым. Представь, какое мнение об области и нашей работе в целом... Почему до сих пор никого не арестовали?

– Прикажешь людей на улице хватать? – все-таки съязвила я. – Каждого третьего?

Дед поморщился:

– Ты же поняла, что я имею в виду. Неужели ни одного подозреваемого?

– Кое-что вырисовывается. Но до ареста пока далековато.

Против обыкновения, Дед ничего выспрашивать не стал и вскоре, к моему величайшему облегчению, отбыл.

Наутро я позвонила Вешнякову. Он был очень занят и говорить со мной не пожелал. Ближе к обеду позвонил сам.

– Чем порадуешь? – бодро осведомилась я.

– Дулей с маслом.

– Неужто пустышку тянем?

– Кондаревский утверждает, что в ночь убийства был в клубе, машину оставил на стоянке напротив. Стоянка не охраняемая, хотя швейцар приглядывает за машинами, если сигнализация включается. А так как стоянка не охраняемая, то и документации никакой. Не проверишь. Руслан Сергеевич очень сомневается, что его машину могли видеть возле коттеджа, потому что он там не был с двадцать пятого августа, когда в последний раз привозил туда покупателей. Когда я начал настаивать, сказал, что если не привиделось, то, значит, кто-то его тачку со стоянки угнал, а потом вернул назад.

Нервничает, но на своем стоит твердо.

– А дружки?

– Дружки враз разбежались. Кто в командировке, кто в отпуске, а один даже в больнице.

– Это который?

– Ковтан, естественно. Сердце у него больное.

– Может, и вправду больное, – вздохнула я.

– Вот и я о том же, – пригорюнился Артем. – Дубников, владелец ночного клуба, говорит, что ночью Кондаревский точно был в клубе, но отлучался он куда или нет, утверждать не берется, потому что сам играл часов до двух. Тогда Кондаревского там еще не было. А потом Дубников за стол уже не садился, но к игрокам заглядывал много раз, Кондаревский был за столом.

– Первая ласточка, – буркнула я.

– Ты думаешь?

– Дожимай сукиного сына. Кстати, как там бабули, показания дали?

– Честь по чести. Одна тебе привет передает.

– Ну, так бери его под стражу.

– Легко сказать. Бабки видели в ночь убийства не его, а машину. Кроме их показаний, у нас вообще ничего. Не мне тебе объяснять...

То, что для ареста Кондаревского понадобится нечто посерьезнее показаний Софьи Ивановны и ее приятельницы, было мне доподлинно известно. Человек он богатый, со связями, а значит, Артему придется вести себя крайне осторожно, не допуская ошибок. Артем попробовал разыскать машину, которая подъезжала к дому Кондаревского в ночь убийства. Если и была машина, то точно не такси.