Его маленький чертёнок

Слишком неожиданно и резко, что я испуганно отдернула руку от ручки двери и посторонилась, буквально вжимаясь спиной в стену.

Действие, надо сказать, было опрометчивым. Надо было сразу на другой конец маленького коридора отбегать. Потому что Демьян переступил порог и своей широкоплечей фигурой занял все пространство у двери. Прихожая моментально сузилась до размера спичечного коробка, и ночной гость оказался так близко, что мне стоило только вскинуть ладонь, и я могла бы запросто коснуться его. Провести по мощной шее, спускаясь к плечам и запуская пальчики под расстегнутую рубашку.

Подушечки закололо, а мои глаза проследили весь воображаемый маршрут моей ладони,  пришлось выдать себе хороший мысленный пинок.

Соберись, Анфиса!

Приход Нагорного сюда может значить многое. В том числе и начало огромных проблем для тебя. Увы.

– Раз думал, что не пущу, почему тогда пришел? – попыталась пошутить и даже улыбнулась. Но в ответ мне прозвучало:

– Надеялся на лучшее, – пугающе соблазнительно. – А еще ужасно соскучился, – пророкотало где-то совсем близко от моего ушка.

– По Нике? – ляпнула я.

Нагорный улыбнулся.

– И по ней тоже.

Земля начала стремительно уходить из-под ног. Я таращилась, не мигая, куда-то в район кадыка мужчины, но физически ощущала, как мир вокруг нас поплыл, сливаясь в одно безразличное пятно.

Ладони Демьяна уперлись в стену по бокам от моей головы, живо напоминая не так давно случившийся разговор в лифте. Я была вновь поймана в кольцо. Только с той разницей, что там был свет! Люди, день, и тело меня тогда еще слушалось. А тут оно было на грани предательства. Коленки задрожали.

Я подняла взгляд снизу вверх, встречаясь с его темным, обжигающим. Горячее дыхание Демьяна коснулось моей щеки, и я уловила легкий аромат виски. Но он точно был трезв! Я уверена в этом так же, как и в том, что буквально в пяти метрах за стеной спит его дочь. Тогда что происходит? Чего мне ожидать от этого ночного визита?

Я пыталась в полумраке разглядеть выражение его лица. Хмурый? И да, и нет. Растерянный? Вряд ли. Скорее расстроенный. Неужели поругались с Камиллой? А может быть, злится, что Ника осталась у меня?

Пока я пыталась угомонить рвущиеся наружу вопросы, Нагорный еще чуть подался вперед. Теперь я не просто прижималась пятой точкой к стене, а вжалась в нее со всей силы. Губы мужчины замерли в опасной близости от моих, и я судорожно сглотнуло застрявший в горле ком.

Такое наше положение дезориентировало еще сильнее. Но прекратить я все это не могла. Не хотела. Мысленно уже сдалась, услышав тихое:

– Что ты со мной сделала, Фиса? – легкие вибрации мужского голоса прошибли до самых кончиков волос. А это “Фиса”, сорвавшееся с губ Демьяна, подействовало на меня хлеще, чем все уменьшительно-ласкательные слова мира.