Маленькие Песцовые радости

— В конце концов, именно ты виноват в том, что план провалился. Наверняка твой человек нажал раньше времени. Мои люди использовали три таких бомбы, и осечек ни разу не было.

Установившееся молчание позволило предположить, что император пытается вспомнить случаи, к которым можно было бы притянуть использование подобных устройств.

— Мне нечего предложить Песцову, — наконец недовольно сказал император. — Даже княжеская резиденция в перешедшем ко мне княжестве не сравнится с домом в Дальграде. Есть варианты с квартирами в Дальграде, но согласится ли он? Они слишком уступают твоему поместью.

— Дай ему к квартире денежную компенсацию, — предложила Живетьева. — Хорошую денежную компенсацию. Нужно, чтобы участок ко мне вернулся. Любыми путями.

Императору идея платить за то, чтобы имущество вернулось к Живетьевой, по сердцу не пришлось.

— Он может компенсацию взять, и от участка не отказаться.

— Костенька, да зачем ему участок, заваленный битыми стройматериалами?

— Участок можно разобрать и поставить на нем новый дом.

— У него денег на это не хватит.

— Компенсацию в любом случае придется выплачивать. Одни проблемы с этим Песцовым. Еще и Прохоров на меня насел, чтобы я подтвердил, что по договору между родами Шелагиных и Прохоровых обязанности Николая перешли к Илье.

— Хм… — задумалась Живетьева. — В договоре указано имя?

— Указано.

— Тогда не уступай. Пусть мальчику хоть что-то достанется.

— Арина Ивановна, ты сейчас про кого?

— Про Коленьку. Все же не чужой он мне. Пусть Прохоровы договор со своей стороны исполняют в точности. Или откупаются от него. Коленька сейчас у Шелагиных?

— Да, под арестом. Ума не приложу, что с ним делать. Забирать на дознание — скандал неминуем. Причем скандал, касающийся целителей."

"— Почему сразу целителей? — недовольно буркнула Живетьева. — Вполне конкретного целителя. Мало ли случаев, когда кто-то с кем-то спит вне брака? Вот и Эрни не удержался. Княгиня шелагинская красивая была, хоть и глуповата самую малость.

На мой взгляд, глуповата она была отнюдь не на малость, а к глупости довеском шли жадность, жестокость и беспринципность. Но со стороны она могла показаться невинной жертвой при должных умениях тех, кто это будет доносить до общественности.

— Мы отвлеклись от Песцова. Жизнь твоего правнука я не намерен устраивать, — отрезал император. — Тем более что Шелагин с Прохоровым могут договориться без его участия. Сейчас важнее участок.

— Не скажи, Костенька. Не могу перестать беспокоиться о близких, даже таких негодящих. Если уж Эрни сбежал, так подло всех подставив, то будет справедливо, если на него повесить грехи сына, а с Коленьки снять. Тебе это ничего не стоит, а мне будет приятно.

— Я подумаю.

— А участок я могу и через чужое наследство получить.