Маленькие Песцовые радости

Одну — для себя, вторую — для охраны. Подмывало спросить, почему они не завели какое-нибудь жилье в Дальграде — оплачивать гостиницу наверняка выходило дороже. Но спрашивать я все же не стал. Будет моим делом — узнаю, а не будет — не так уж мне это и интересно.

Князь в самолете выспался, поэтому по дороге принялся меня расспрашивать, интересуясь всеми сторонами моей жизни. Было это чересчур навязчиво, на мой взгляд. Нет, я понимал, что ему хотелось узнать как можно больше о внезапно обретенном внуке, но ему наверняка уже полное досье по мне выдали, к которому я вряд ли что добавлю. Некоторые вопросы были слишком личными, отвечать на которые мне было неприятно, поэтому я отделывался короткими ответами и, после того как мы приехали в гостиницу, решил сразу удрать на прогулку. Еще до того, как обнаружил, что метка Живетьевой загорелась интересом и двигается в сторону дворца. А уж после этого пошел на выход с максимально приличной для главы Рода скоростью, напрочь забыв о существующих нынче ограничениях. Княжич меня догнал быстро.

— Тебе не стоит одному сейчас гулять, — сказал он.

— Я могу за себя постоять, — напомнил я.

— Дело не в этом. Статус обязывает взять охрану и машину. Ты хотел посмотреть что-то конкретное?

Я ответил не задумываясь:

— Было бы интересно увидеть императорский дворец.

— Ты его завтра изнутри увидишь.

— А сегодня я бы посмотрел снаружи. Говорят, ночью он особенно красив.

Живетьева передвигалась шустро — наверняка на машине. Похоже, императору срочно понадобилась консультация, а ехать самому ему не по статусу.

Шелагин смирился с моим желанием, и мы выехали от гостиницы, причем ограничились всего лишь одним охранником. Я подозревал, что и водитель не прост, но в любом случае по подготовке они уступали даже княжичу, что уж говорить про меня, так что их присутствие было всего лишь формальностью.

Я делал вид, что с интересом всматриваюсь в ночной город, а сам настраивался на Живетьеву. Пока она молчала, как и сопровождавшие ее лица. Но к императору она приехала раньше, чем мы к дворцу.

— Ты хотел меня видеть, Костенька? — с явной укоризной сказала Живетьева. — Вспомнил про бедную узницу…

— Арина Ивановна, пожалуйста, не надо превращать наш разговор в балаган, — раздраженно бросил император. — Ты давно могла выйти, если бы захотела.

— Не на таких условиях, — мрачно возразила она. — Клятву не дам, и не надейся. Да и нет в ней нужды. Ты сам не веришь, что реликвию взяла я.

— Больше ничьих аур в сокровищнице не обнаружено, Арина Ивановна, так что не стоит отпираться.

— Костенька, нас пытаются стравить.

— Мы это уже обсуждали, — оборвал ее он. — Перейдем к делу.