Маленькая тайна мисс Бишоп

Вивьен поймала на себе вопросительный взгляд Наны и, скупо улыбнувшись, обошла горничную, толкая дверь от себя.

В небольшом светлом помещении сразу стало тесно, ведь там и без того уже находились трое мужчин: застегивающий на себе рубашку Андреас Бишоп, некто в белом халате и тот, кого девушка знала под именем Генри Фор.

– Мисс Бишоп, – вполне искренне улыбнулся последний, – какой сюрприз.

Вив не успела ничего ответить. Андреас Бишоп, просияв, бросился к ней и заключил в железные объятия-тиски, бормоча:"

"– Дочка, как хорошо, что ты пришла. Я и сам собирался. Как ты? Все хорошо? Не пострадала? Как тебя устроили? Нравятся новые комнаты?

– Да, папа, – ответила Вив, совершенно забыв о намерении держаться отчужденно и хитростью выспросить, какой у них замысел. Теперь, в объятиях Андреаса Бишопа, она только и могла, что всхлипывать и прижиматься к отеческой груди, радуясь, что с ним все хорошо.

– Ты осунулась, – слегка отстранившись, заметил Андреас, беспокойно оглядывая приемную дочь. – Ела хоть что-то? Но как тебе идет это платье! И прическа к месту. Ты у меня настоящая красавица!

Вивьен засмеялась.

Андреас бережно стер с ее щек влажные дорожки от слез и, поцеловав в лоб, попросил:

– Погоди немного! Сейчас я схожу с мистером Боу на процедуру, и мы… Я же не представил вас, да?! Где мои манеры?

Он нервно рассмеялся, и Вивьен взяла отца за руку, стараясь поддержать его и показать, что больше не злится. Ну не умела она долго хранить в себе негатив ни в каком виде.

– Друзья мои, это Вивьен! – с явной отеческой гордостью в голосе проговорил Андреас, показывая приемную дочь двум притихшим мужчинам. – А это Брэд Стикс, которого ты ошибочно знаешь как опаснейшего преступника королевства, и Дэн Боу – наш лекарь. У него золотые руки.

– Очень приятно, – в два голоса ответили мужчины, при этом сдержанно склонив головы.

– И мне, – соврала Вивьен, испуганно рассматривая новых знакомых. В основном лекаря. Именно его лицо по диагонали расчерчивал старый белесый шрам, задевая правый глаз, проходя под кончиком срезанного и давно зажившего носа и заканчиваясь на уголке левой губы, опуская ту в вечно пессимистичной грустной улыбке. И, кажется, именно ему Вив была обязана спасением в шляпном салоне…

Андреас Бишоп откашлялся в кулак, и девушка вспомнила, что пялиться на увечье другого человека совершенно неприлично, не говоря уже о том, как он себя чувствовал в этот момент. Расспрашивать его о прошлом сейчас также было очень неразумно. Увы, обстановка не располагала к открытым диалогам. Потому, с трудом отведя взгляд от лекаря, она посмотрела на Генри Фора. Вернее, Брэда Стикса.