Маленькая скандальная история (СИ)

Так и хочется воскликнуть: Боже, да что это за херня такая?!

— Утром я пообщалась с твоей супругой. Она писала с твоего номера и от твоего лица.

В трубке повисает тяжелая пауза, за которой следует тяжелый вздох.

— Ясно. Теперь ты в курсе, какое у меня творится веселье.

— Твоя жена нашла мое сообщение, так понимаю? — горько усмехаюсь я, мысленно ежась от осознания своей низменной роли в этой истории.

— Да. Прочла и устроила скандал.

— Не могу ее осуждать. Ты, я так понимаю, в очередной раз присягнул ей в верности.

Дальнейший разговор откровенно не клеится. Антон слишком подавлен, чтобы поддерживать диалог, а я слишком озабочена идеей о том, как максимально гордо и безболезненно закончить с ним раз и навсегда. Он обещает перезвонить вечером. Вероника психанув, уехала за городом, так что сегодня он как настоящий взрослый мальчик ночует один.

Перезванивает он, когда я лежу в постели. Настроение, судя по голосу, еще хуже, чем было.

— Как твои дела, Ксюш? Чем занимаешься?

На заднем фоне слышится звон стекла.

— Спать собираюсь. А ты судя по звуку решил выпить?"

"— Вроде того. — Антон откашливается. — Мы похоже с Вероникой разводиться будем.

Сжав зубы, я слушаю его опечаленное дыхание. Интересно, для чего он говорит это мне да еще таким тоном? Ждет, что посочувствую? Или начну успокаивать? Или захлопаю в ладоши: мол, ура, Тоха! Теперь-то заживем!

Для человека, заявлявшего, что он остался с женой лишь для того, чтобы дать ей возможность безболезненно дозреть до решения о разводе, он выглядит слишком несчастным.

— Антон, я заебалась, — честно выдаю я. — Недавно ты клялся мне в любви и обещал развестись, а сейчас, кажется, пытаешься сделать из меня приятеля-жилетку. Я женщина, если ты не забыл. И у меня тоже есть чувства. Ну хочешь ты быть с женой — так и скажи и прекратить вешать мне лапшу на уши. Удали мои номера и стань наконец верным мужем. У меня не будет к тебе претензий. Только уважение.

Сидевшие в плену обида и боль от его предательства достигают максимума в этом монологе. Сбросив вызов, я лихорадочно ищу в списке контактов его номер и уверенно жму: заблокировать. С меня хватит. Если кто-то и способен сейчас обо мне позаботиться — то только я сама. Антона явно нет дела ни до чего, кроме своего рушащегося брака.

От осознания, что теперь-то это точно конец, становится очень больно. Трагично даже. Обняв себя руками, я позволяю хрупкой преграде сдерживающей поток слез, окончательно рухнуть и плачу навзрыд. Наверное, каждой женщине хочется верить в то, что для кого-то она стала особенной. И как же больно осознавать, что это была иллюзия.

Так проходит неделя. Я медленно, но верно смиряюсь с потерей костыля в лице Антона, благодаря которому должна была снова научиться бегать.