Маленькая скандальная история (СИ)

Ну или как минимум еще одного.

— Странно. Вы оба молоды, обеспечены. Почему нет?

— Дети — это большая ответственность. Наверное, мы ее больше не хотим.

Пожевав губу и еще раз обдумав, то, что собираюсь озвучить, я решаюсь.

— Слушай, а ты никогда не думал, что у твоей супруги тоже кто-то есть? Просто это странно. Вы почти не занимаетесь сексом, при том, что сексуальные возможности у тебя ого-го, а если и делаете это — то в презервативе по настоянию жены. Может быть, она таким образом тоже блюдет кому-то верность?

Повернув голову, я слежу за реакцией Антона. Сложно сказать, насторожили его мои слова или нет. Выражение лица, по крайней мере, не меняется.

— Возможно. Я о таком не думал.

— На чем вообще держится ваш брак?

— Вероника меня любит. А я ее уважаю. И у нас ребенок."

"Дальше этот разговор я решаю не продолжать. Я и так с каждым днем все глубже залезаю туда, куда залезать не планировала.

— Кушать будешь? — спрашиваю я, выбираясь из кровати.

Антон по обыкновению кивает. Ах да, забыла сказать: я же теперь готовлю практически каждый день. Ради себя одной стоять у плиты мне было лень, а для него — легко и с удовольствием.

Убрав тарелки в посудомойку, я смотрю как Антон одевается. График наших встреч сместился на вечернее время. Встречаться в обед стало слишком рискованно и приметно.

— Я поехал, — Антон обнимает меня за талию и крепко прижимает к себе. — Еще спишемся.

Я киваю, вновь ощущая неясное раздражение, поднимающееся из недр грудной клетки. Картина того, как он каждый день спешно натягивает брюки и убегает домой стала немного надоедать. Дело скорее всего в том, что между нами долгое время ничего не меняется. Секс-еда-объятия с последующим обменом сообщениями, которые Антон пишет уже из дома.

Я и сама себя начинаю раздражать тем, что стала такой домашней. Перестала ходить в кино, по магазинам и на йогу, и все свое свободное время отдала сексу с Антоном. А теперь еще и готовке. И что особенно раздражает — это то, что я не нахожу в себе сил ничего менять.

Чем занимаешься? — приходит сообщение от него, когда я забираюсь в кровать с книгой.

Вместо ответа я присылаю ему фото обложки, из-под которой виднеются мои босые ноги.

Спать собираешься?

Ага. А ты?

Я поработал немного. Сейчас иду в душ и тоже спать.

Спокойной ночи.

Спокойной ночи, моя девочка. Хочу к тебе.

И вместо того, чтобы замурлыкать от этих нежностей, мое подавленное раздражение вспыхивает с новой силой, трансформируясь в самую настоящую злость.

Ну не смешно ли, писать, что он хочет ко мне, перед тем как лечь в постель с женой? Антон ведь взрослый дееспособный мужчина. Хочет быть не там, где находится сейчас? Просто пусть сделает это! В чем проблема? Руки и ноги у него, к счастью, есть.