Маленькая хозяйка большой таверны

– Он был на стороне Истинного Короля, и его убили проклятые Лилии, – заявила мне женщина, затем, всхлипнув, приложила носовой платок к глазам.

Тут меня позвали в кабинет, и я прошла в соседнее помещение, где за добротным дубовым столом восседал начинающий седеть мужчина в черном камзоле, со скорбными морщинами, залегшими возле рта, и темными кругами под глазами.

Не успела я представиться или же оглядеться – заметила только, что в комнате полным-полно книг, – как Эзнер подскочил с места и направился ко мне.

Судя по его сузившимся глазам, я поняла, что доктор меня узнал. И еще – что это не сулило мне ничего хорошего.

– Вон! – срывающимся голосом приказал мне Эзнер. – Прочь!.. Леди де Эрве, как вы посмели переступить порог моего дома, после того что совершил ваш дражайший супруг?! После того, во что он и его мерзкие Лилии превратили наш город?! Столица умылась кровью, и в ней была кровь еще и моего брата! Роберт погиб, его жена и трое детей безутешны…

– Я тоже безутешна, – кусая губы, сказала ему. – Но не из-за того, что мой муж погиб, – Боги в судьи этому чудовищу! – а потому что моя дочь больна. К тому же ни я, ни Анаис, которой всего лишь шесть лет, ни в коем случае не поддерживали мятеж Лилий…

– Горите вы в аду! – с ненавистью произнес Эзнер. – Пошла вон, мерзавка!

– А как же клятва Гиппократа? – спросила у него, с трудом сдерживаясь, чтобы не натворить глупостей.

Потому что в груди всколыхнулась обида.

Обида на его несправедливые слова – да, Эзнер горевал, и его семью постигло страшное несчастье, но я ни в чем не была виновата, а моя дочь уж и подавно!..

Но теперь эта обида рвалась из меня наружу. Текла по моим рукам горячечными магическими потоками, собираясь в ладонях, и я с ужасом поняла, что с них вот-вот сорвутся огненные шары.

– Пошла прочь со своим Гиппократом! – заявил мне доктор. – Убирайся, иначе я за себя не ручаюсь!

В принципе, я тоже за себя не особо ручалась, но понимала, что мне нужно поскорее отсюда уходить. Все равно ему ничего уже не докажешь, даже если я примусь швырять в доктора сгустками огня.

Этим я сделаю только хуже – вряд ли Эзнеру такое понравится. К тому же, судя по вывеске, он тоже был магом. Как бы не стал швырять в меня такими же…

Внезапно с ним случился то ли криз, то ли помутнение рассудка, потому что доктор покраснел, его губы затряслись, и он принялся срывающимся голосом звать помощника.

– Эрхольз, где ты ходишь?! Эрхольз, сейчас же приведи Барса и Грона! – закричал он. Затем уставился на меня: – Я не стану тратить на вас магию, леди де Эрве! Ваша богомерзкая семейка этого недостойна!..

Судя по всему, вместо этого он собирался спустить на меня собак, поэтому я развернулась и кинулась прочь из кабинета.