Малефисента. История темной феи

На полу у моих ног, в самом центре колдовского круга, в свертке из темно-пурпурного одеяла лежала моя дочь. Это было самое прекрасное, самое чудесное существо из всех, каких я видела в этом мире, но любви к ней я не испытывала. Я знала, что должна любить ее. Мне даже помнилось, как я хотела любить ее заранее – до того, как колдовство свершилось. Единственном чувством, которое она пробуждала во мне, было желание защищать ее. Но я не любила собственную дочь. Я так и осталась пустой и одинокой в холодном море темноты.

«Как ты ее назовешь? Ты уже знаешь?» – спросила Люсинда, когда я впервые взяла свою дочь на руки и взглянула в ее прекрасные глаза.

«Ее имя – Аврора, потому что она моя ясная звездочка во тьме».

Глава 28

Кошмарный сон Авроры

Авроре казалось, что она сходит с ума. Пронзительный смех сестер гулко разносился по комнате, так что от него дрожали отражения в зеркалах. Принцесса чувствовала себя так, будто оказалась взаперти в тесной каморке, до отказа набитой людьми, которые говорили все одновременно. Ее уши болели от оглушительной какофонии голосов, в которой то и дело прорывался истерический хохот сестричек.

В одном из зеркал она видела, как ее кузина Тьюлип беседует с каким-то гигантским деревом – таким огромным, что оно возвышалось даже над самой высокой башней ее замка. В другом стекле она видела саму себя – как она бредет по какому-то длинному коридору в окружении зловещего зеленого свечения. Что-то очень странное было в ее глазах, словно она была оглушена или зачарована, а может, спала прямо на ходу. И направлялась она прямо к старинной прялке. Аврора смотрела, как она касается веретена и безжизненно валится на пол под заливистый, безумный женский хохот. В соседнем зеркале возникло отражение ее возлюбленного принца, попавшего в засаду: на него дружно набросились сразу несколько существ, похожих на клыкастых вепрей. Такие твари могли явиться разве что из смрадных глубин самого Аида. В четвертом зеркале Аврора увидела плачущую Малефисенту, совсем еще молоденькую. Какая-то женщина по имени Фея- Крестная внушала ей, что ее судьба – стать воплощением зла. Но молодая Малефисента вовсе не показалась Авроре злой. Она выглядела скорее умной, любящей, живой и честолюбивой девушкой, но никак не злодейкой. Еще в одном зеркале Авроре явились три добрые феи – тоже совсем юные, они сажали в клетку большого ворона, а в соседнем отражении они же, только постарше, яростно спорили из-за цвета платья, которое предназначалось ей, Авроре. Переведя взгляд на следующее зеркало, она снова увидела Малефисенту: теперь она разговаривала с какой-то седоволосой старухой, упрашивая ее помочь ей создать такие чары, чтобы Аврора никогда больше не проснулась.