Малец

Так как ехал я домой через Москву, то не удержался и навестил Катерину, после того как Патрик Гордон не стал нарушать ход истории и почил в точно отведенный ему небесами срок, наследницей построенного адмиралом нового дома-дворца оказалась она. А это говорит о многом, и в частности о том, что история окончательно свернула со своего прежнего пути.

Дела учебные и житейские

Объем работы, сваливаемый на меня, возрастал в арифметической прогрессии, и это как-то не радовало, а все началось с того, что изготовление станков стало становиться на поток, и каждое новое изделие было намного сложнее предыдущего. Пока хватало мела, черненной доски и макета для того, чтобы мастера хоть немного представляли конструкцию, все было нормально, но пришло время, когда объяснить «на пальцах» стало невозможно. Во весь свой немалый рост стала задача по повышению технической грамотности работников, а для этого сначала требовалось научить людей грамоте обычной.

Игнатий встретил идею в штыки:

— Делать больше братии нечего, как в учение твоих мастеров брать. — Оскалился он на мое обращение. — Лучше бы закон божий учили, да про Бога не забывали.

— Так кто же его забывает? — Возразил я. — Все с молитвой делается.

— Как же помните вы, совсем деньги глаза застили, — проворчал настоятель, — давеча отчиму твоему намекал, чтобы на богоугодные дела средств ссудил, так он ни копейки не дал.

— Да как же не дал? — Даже подпрыгнул от возмущения. — Сиротский дом построили, школу для мальцов, дом для больных заложили. Теперь вот просим братию в обучении помочь, не бесплатно же, за то с монастырскими тоже заводской продукцией рассчитаемся.

Вообще-то, и сиротский дом, и школа вовсе не были благотворительностью, это люди считали, что мы с отчимом умом тронулись, три раза ха-ха, здесь как раз преследовался чисто меркантильный интерес, учеба и забота о сиротах вовсе не были бесплатными. Вся эта масса молодежи садилась на плотный крючок, и чтобы соскочить с него требовалось вернуть все до копейки, а долг со временем становился неподъемным. Естественно если молодой человек связывал дальнейшую судьбу с нашим производством, этот долг потихоньку должен был списываться и полностью он должен был списаться лет через десять — пятнадцать. Ну и куда после этого человек денется? Многие сразу закричат о моей меркантильности, мол, стяжатель, народ закабаляешь, но на это я могу ответить только одно, время такое и до таких условий, которые нами предлагаются человечеству еще идти и идти тернистыми тропами дикого капитализма. Больница тоже суровая необходимость, не приведи Господи, какая зараза на завод проникнет, это же все, конец света, Армагеддон.