Малая

На следующий день Вадим, благодаря связям сделал ей биометрический паспорт, потом отвез Илку домой; заехал на свою фирму, где на нервах устроил разнос и только ближе к вечеру появился на пороге квартиры.

В воздухе, висело напряжение, чувствовалась натянутость в разговоре, несмотря на ночные объяснения. Ехать к матери ему не хотелось. Не то настроение, чтобы чаи гонять и отвечать на вопросы. Поднимаясь по ступенькам, решал что делать.

Илона встретила его на пороге, словно поджидая. Чмокнула в щеку."

"— Голодный?

— Да. — Он погладил ее по голове. — Ты, наверное, собирайся. Поужинаем у меня. Маму гложет любопытство. Того, что мы рассказали твоей для них мало. — Улыбнулся вымученно.

— Хорошо. — Кивнула, и, развернувшись, пошла в сторону шкафа.

Разумовский достал телефон, начал машинальными движениями искать нужный номер. Мельком взглянул на Малую и застыл. Нажал на вызов.

— Ма, привет. Мы завтра приедем, сегодня заняты. Угу. Да. Нет, сегодня никак. — После чего вырубил сотовый полностью.

— Ты передумал? — спросила Лонка, не оборачиваясь. Потянулась к верхней полке.

— Замри. — Приказал, двинувшись в ее сторону и чувствуя, как сердце начинает колотить в груди. Подходил и еще не верил до конца. Плохое настроение как ветром сдуло, уступая место изумлению и даже растерянности отчасти.

Нет, быть того не может. Эта малявка решила свести его с ума, однозначно. Приблизившись, поднял вверх короткую юбочку, посмотрел. Непроизвольно задержал дыхание. Земля качнулась под ногами.

— Что ты там приготовила? — поинтересовался осипшим голосом.

— Картошку с грибами. Еще мясо по-французски.

— Накладывай. — Произнес, пытаясь совладать с собой. Лона вывернулась и отошла, все так же, не оборачиваясь.

Понаблюдав несколько минут за пушистым хвостиком, выглядывающим из-под ее юбки, молча отправился в ванную. Принял душ.

— Малая, а ты понимаешь, что я тебя теперь не отпущу, даже если умолять будешь? — спросил, вытирая волосы и отбрасывая полотенце на стул.

— Есть маринованные огурцы к картошке. Доставать? — Заглядывая в холодильник, вместо ответа предложила Илона.

— Да, давай. — Согласился, включаясь в игру. Сел за стол, но спокойно реагировать на происходящее не мог. Глаза сами поворачивались к ее ногам. — Когда нашла?

— Вчера.

— И как… ощущения? — не сдержался, чувствуя, как собрат снизу начинает руководить процессом, заменяя одно чувство голода другим, совершенно иного плана.

— Необычно. — Лонка аккуратно села напротив и взяла вилку в руки. — И возбуждающе. Я мокрая. — После чего… принялась кушать!

У Разумовского от услышанного даже руки задрожали. То, что делала Малая, было намного лучше, чем любые из его фантазий. Чувства захлестывали до помрачения.

— Ешь, а то остынет.

Он не ответил.