Малая

Но из-за открытого окна в комнате царила прохлада, а потому такая близость оказалась очень приятной. — Спи, давай. — Распорядился, в макушку.

Как ни странно, Илона вновь заснула, а когда проснулась во второй раз, рядом уже никого не было. Зато ее одежда лежала стопкой на стуле рядом. Намек? Она бы подумала эту мысль, если бы не дикая усталость и нытье каждой мышцы тела. А еще очень мешал… стыд. Он, словно подушка на лице — не давал дышать и концентрироваться на чем-то кроме прошедшей ночи.

Ила не была такой уж забитой и неопытной по части интимных отношений между мужчиной и женщиной. Кроме Вадика в ее жизни побывало еще двое. Это были попытки вырваться. Излечиться от нездоровой любви, тянущейся болью на протяжении стольких лет. Так вот, несмотря на пусть и скромный опыт, умом понимала, что стесняться есть тысяча причин. Он же не был таким раньше..!

За пять лет отношений они провели вместе сорок семь ночей. Да. Считала. Неужели на него так сильно повлиял ее отказ?

Лона потерла затылок и поморщилась. Там тоже есть синяк. Вадим пусть и не сильно, но чувствительно кусал ее, когда… о, боже. Так коты хватают кошек за загривок в определенные моменты. В смущении закрыла лицо руками, хоть и находилась в комнате одна. И снова здравствуйте, мистер Позор. Мы ведь распрощались целых десять секунд назад! Да, нельзя было разрешать, но протестов никто не услышал.

Разумовский, кажется, вообще перестал соображать еще там, в гостиной. Попивая коньяк, рассматривал так, как будто на ней не было одежды вовсе. Ему и раньше не требовалось особых усилий, чтобы заворожить ее одним взглядом. Владел не прикасаясь. Рядом с ним внутри рождалась душевная покорность. Магия.

Вчера же чувства непостижимым образом умножались сходу на два. Он смотрел, а воздух вокруг густел сам собой. И в какой-то момент напротив сидел уже не просто мужчина, а хищник. Наслаждался последними минутами перед заведомо удачным прыжком. Разминал руки, облизывал губы как бы невзначай. И голос стал низким, гипнотизирующим.

— Вадим, послушай…

— Нет, Малая, нет. Я уже понял: то, что ты сейчас говоришь и что чувствуешь — разные вещи. Но это не страшно. Сбой в программе мы… исправим."

"Илона боялась пошевелиться. Чутьем понимала: если встанет с места — даст ему повод сократить дистанцию. Схватит ее, как пить дать. А сидеть под таким чувственным прессом уже не было сил. Но потом в какой момент собственные ощущения стали меняться. К напряжению добавилось возбуждение. Нет, она точно ненормальная. Может к психологу сходить?

Вадик вдруг отставил стакан и поднялся, после чего начал обходить стол. Лона инстинктивно уцепилась в подлокотники стула так, что пальцы побелели.

— Ва… Вадим..!

— Угу. Да. — Проурчал, опускаясь на одно колено и поворачивая ее к себе вместе со стулом.