Влюбиться на максимум (СИ)

Завалился, как был — в брюках и рубашке. Глубокий сон быстро накрыл, и я проснулся поздним вечером. На часах почти десять. Блин, я же к Макс хотел зайти, а сейчас уже неудобно, что Вера Юрьевна подумает.

— Бабуль, ты чего меня не разбудила?

— Ты так сладко спал, как младенец, — улыбнулась, прижимая ладони к щекам. — Поужинаешь?

— Нет. Не хочется что-то. Поеду домой, завтра на работу.

На выходе из подъезда услышал голоса, двое разговаривали на пороге. Один из них принадлежит Макс.

Максим.

— Спасибо, что проводил, — благодарю Егора.

— Не за что. Макс, можно вопрос?

— Валяй.

— Что у тебя с Калининым?"

"Вот так вопрос! Прямо не в бровь, а в глаз. И что мне ему ответить? Да я сама не знаю, что у меня с ним. Официально мы не встречаемся, обжимаемся и целуемся только время от времени. Придётся увиливать.

— С чего ты взял, будто между нами что-то есть?

— Я видел вас вчера.

Упс!

— Подумаешь, в парке прогулялись, — пожимаю плечами.

— Я видел вас не в парке, а здесь, — в глазах сквозит ревность. — Вы целовались.

— Это запрещено? — стараюсь быть равнодушной. — И вообще, что ты делал возле моего дома ночью?

Он замялся. Сталкер чёртов!

— Ты за мной следишь? — внимательно смотрю на него, чтобы прочитать его мысли.

Фролов всегда был открытой книгой, только я пропустила в ней момент, когда он влюбился.

— Это было первый раз. Случайно…

Врёт. По глазам вижу.

— Фрол, то, что у нас с Калининым никого не касается. Я оправдываться ни перед кем не буду.

— Ты с ним спишь? — возмущённо.

— Не твоё дело, — процеживаю каждое слово, отворачиваясь.

— Ты же понимаешь — он к тебе несерьёзно?

— А ты серьёзно?

Он молчит. Долго молчит.

— Тогда и не кидай мне предъявы. Спокойной ночи!

Открываю дверь в подъезд и натыкаюсь на Гордея. Он подслушивал?

— Добрый вечер! — улыбается как-то странно, хищно, что ли.

Как я не заметила его машину у дома? Вот она, прямо под окнами стоит.

Неожиданно протягивает руку ко мне и обнимает за талию, прижимая к себе спиной. Я смотрю на Фролова, глаза горят недобрым огнём.

— Бесит да, Фролов, когда твою любимую девушку другой обнимает? — произносит злорадно Гордей. — Представляешь, меня тоже, — и вдруг, зарывшись носом в мои волосы, шумно вдыхает их запах.

— Руки от неё убери! — повышает тон Егор.

— А то что? В морду мне дашь? Так я ответить могу, — скалится с презрением Калинин.

— Знаю. Видел, что тебя на ринге. Только я сильнее.

— Проверим? — притягивает меня к себе ещё ближе.

— Легко, — с вызовом говорит Фролов, задирая голову.

Дурак ты, Фрол! Калинин тебя ушатает, даже не даст замах сделать. Так и вышло. На удар Егора локтём Гордей ответил ударом кулака в челюсть. Было видно, что он силу даже в него не всю вложил, а соперник покачнулся и осел.