Майор Бойцов желает познакомиться (СИ)

— Ну что ты, девочка моя? — сюсюкается с дочкой, нежно целует пухлую щечку. — Видишь сколько людей у нас тут? Пойдешь к нашей Танечке?

Я не успеваю возразить, как в моих руках оказывается младенец. Внутри все замирает от ответственности, а в нос проникает сладкий запах. Склоняю глаза, чтобы разглядеть белоснежный чепчик. Софи ерзает и складывает губки бантиком.

Боже. Какая она сморщенная…

— Вы детей пока не планируете? — интересуется Марианна Никитична.

— Нет, — выпаливаю стремительно.

Бойцов посмеивается, приобнимает меня за плечи. Я награждаю его самым ужасным из всех своих взглядов.

— Странно. Сейчас молодежь рано рожают… — не унимается женщина.

— Я — чайлдфри, — гордо произношу. — А Алеша со мной солидарен.

Тимур приподнимает брови и качает головой. Мол, это не совсем так.

— Ужасно, — кривится Марианна Никитична. — Что за мода пошла? Дети — это ведь так прекрасно. Видеть в чертах своего ребенка — черты любимого человека — счастье, каких мало на свете.

Снова смотрю на малышку, как на инопланетянку. Чудо!..

Передаю успокоившегося ребенка Лизе, но Софи крепко держит воротник моей футболки.

— Смотрите, левой ручкой. Левша, наверное, будет, — кто-то произносит.

— Скажете тоже, — закатывает глаза Нонна и сама забирает у меня дочку. — До трех лет такое не определяют.

Задумавшись, пододвигаю к себе тарелку.

— Ты заметил, как она отреагировала на левшу? — тихо спрашиваю у Тимура, когда мы отправляемся в свою комнату после завтрака.

— Ага.

— Надо проверить Арсения и Нонну на связь. Телефоны, адреса… А ещё, я тут вспомнила. Марианна Никитична в прошлый раз рассказывала мне, что у Хариса была вторая семья, и Римма Харисовна терпеть не может тех родственничков. Надо бы узнать, кто они такие…

— Позвони Мише, он пробьет, если там есть что-то интересное, — произносит Тимур, резко останавливаясь. — Кстати, иди сюда, — привлекает к себе, с опаской глядя мне за спину.

— Кто там? — замираю, рассматривая резко очерченные губы. Чтобы не упасть, с неохотой обнимаю крепкое туловище.

Вместо ответа Бойцов как-то странно кивает и заговорщицки тянет:

— Ш-ш-ш… Помолчи, стажерка.

— Кто там? — не унимаюсь. — Если ты специально… то я…

Пытаюсь вырваться и обернуться, но сильные руки вдруг резко привлекают меня к себе, а в приоткрытый от возмущения рот врывается такой знакомый и такой одновременно забытый вкус...

Глава 30

— Там ведь нет никого, да? — шиплю сквозь зубы.

По телу грозовые молнии расходятся. Хочется на него злиться, но я чисто физически не могу. Горячий язык Бойцова всегда лишал меня рассудка. С первого поцелуя. И потом… всегда, где бы на моем теле майор этим самым языком ни орудовал.

Сейчас я совсем не готова противостоять им обоим.