Майло Тэлон

Это правда?

— Мы на них уехали, потом отпустили. Они найдут дорогу назад, если не сегодня, так завтра будут дома.

— Она сумасшедшая, как с цепи сорвалась. Хочет, чтобы Молли убиралась отсюда. Я ей говорю, что одна треть ресторана — ее, а она твердит, что слышала об этом, но не верит. Тогда я предложил выкупить у нее заведение.

— И?..

— Продала. Никогда не думал, что согласится, но она была совершенно вне себя. И продала. А я купил. — Он печально улыбнулся. — Мне нужно отдать ей деньги… сегодня.

— Джон Топп заходил?

— Почти каждый день. Вагон опять здесь. Стоит на запасных путях, как и раньше.

— А Бегготт?

— Тоже заглядывал. Ест, не лезет в чужие дела, уходит. В воскресенье ходил в церковь. Не разговаривал ни с кем, за исключением пастора.

— Ты ходишь в церковь, Герман? — удивился я.

— Меня так воспитали. — Он иронически улыбнулся. — Когда был мальчишкой, даже пел в хоре. С тех пор не пел ничего, кроме ковбойских песен у костров.

Он приготовил нам на кухне поесть.

— Город весь кипит, — продолжил повар. — Все только и говорят, что о куче денег, которую оставил Натан Альбро. Будто он спрятал тут несколько миллионов.

— Может, так оно и есть, — заметил я, — но Натан Альбро ловкий человек. Могу спорить на что угодно: миллионы не спрятаны. Они куда-нибудь вложены и зарабатывают приличные дивиденды. Он за всю свою жизнь сделал не так уж много ошибок. — Допив кофе, я встал. — Пойду в отель, немного посплю. К счастью, я заплатил вперед.

— Береги себя, Майло, пожалуйста, береги себя. — Мол ли положила мне руку на плечо. — Не знаю, что я буду без тебя делать.

— Скорее всего без меня тебе будет легче, — усмехнулся я. — Но все равно никуда не уходи. Завтра нас ждет очень тяжелый день. Я чувствую.

Поставив лошадей в конюшню, я обтер их и засыпал им корма. Первое их удивило, второе понравилось. Я не сомневался, что они нам скоро понадобятся, так пусть уж будут в хорошей форме и постоянной готовности.

Придя в отель, убедился, что мою комнату не обыскивали Быстрый взгляд по крышам напротив не дал ничего примечательного, улица по-прежнему оставалась пустой, хотя рассвет уже приближался.

Первым в моем списке стоял Джефферсон Хенри. Я нашел девушку, которую искал, он мог забрать ее и делать с ней все что угодно. Они друг друга стоили.

С мыслью: «Ну до чего же хороша постель в этом отеле!» — я вытянулся, застонал от наслаждения и тут же уснул.

Когда утром спустился вниз, солнце сияло вовсю. На секунду я задержался на ступеньках лестницы, осматривая улицу. На ней вовсю кипела жизнь: возле магазина человек подметал тротуар; рядом стоял фургон с упряжкой лошадей; проезжал какой-то всадник; две женщины, приподнимая юбки, переходили дорогу…

— Приехали вчера вечером? — обратился ко мне портье, наклонившись над конторкой.