Маэстрине некогда скучать

На самом деле магистр Дельс совсем не пострадала.

— Ничего себе кордебалет… — Я сжала пальцами виски. — Но зачем ей это? И она всегда была такая милая и приятная…

— Ее муж состоял в Ордене, — поджала губы Генриетта. — Он был среди тех, кто имитировал, будто ее пытают, чтобы вы вышли. Его Григорий загрыз. Вы сознание потеряли, а она вскочила и так кричала над его телом. И хотела на вас наброситься. А магистры преподаватели ей не позволили, хотя тогда никто еще ничего не понял и не знал.

— Так получилось, что мы случайно подслушали именно часть беседы с ней. Ректор ее спрашивал, она все отрицала, конечно. А тот демон… жуткий такой, огромный… Он ментально считал ее. Ну и вот. А потом на нас как глянул, так мы и бросились бежать, — тихонько поделилась Эмма.

— А демоны все еще здесь?

— Да. И они все выходы и проходы перекрыли. И все в боевой ипостаси. Такие… страшные. Не как магистр Конселио. А когда вы к ним ходите, они там как выглядят в обычное время?

— Да нормально. Мальчишки, девчонки. Совсем как вы, только у них кожа черная и рога. И они все очень высокие. Я рядом с ними совсем маленькая.

— Да вы и рядом с нашими парнями миниатюрная, — качнула головой Анна. — А ребята нам рассказали, что происходило, пока мы внизу сидели много часов со всеми. И как из плена вас вытаскивали. И как вы с ними на чердаке прятались и девочек на волю с призраками отправляли…

Я с подозрением на нее покосилась. Она же не собирается опять мною восторгаться и говорить, какая я героическая?

Глава 19

Девушки помялись, переглядываясь и понимая, что не стоит так явно выражать свои восторги. А потом за всех сказала Книппер:

— Маэстрина, мы гордимся знакомством с вами. И тем, что вы наш учитель. Это удивительный опыт. Я о вас родителям и сестрам рассказывала. Они многого не понимают, не чувствуют. Но ваши слова, действия… они вот, — приложила она ладошку к груди.

Анна и Эмма кивнули, подтверждая."

"А я поняла, что неожиданно для себя стала лидером мнений. Инфлюэнсером. И что весь Усач это моя большая, прекрасная чуткая аудитория. И что я отвечаю не только за малышку Софи и непонятно как прибившегося к нам Марсалиса. Но и за этих ребят. Потому что я для них пример для подражания. Тот самый некий абстрактный взрослый, которому они готовы поверить. А уж сейчас, после того, что произошло у них на глазах, и после того, как моя тайна с переносом из другого мира перестала быть тайной, и подавно.

Я вздохнула и невесело улыбнулась, после чего сказала:

— Ладно, пойдемте ко всем. Может, уже и отпустят всех невиновных.

Мы вышли из дамской уборной. Дверь напротив подпирали парни, которые нас сюда проводили, и… Артур Гресс.

— Ой… — растерялась я от неожиданности.