Махинация

Или напиться. Желательно кофе, желательно в Эранеспрингс.

Тень подключился к связи неожиданно, просто услышала шелест открываемого видеоокна, а затем и его усталый голос:

— Я пытался помочь, но правительство Гаэры разумно запретило доступ к одному из своих лучших специалистов. Уровень секретности, сама понимаешь.

Я понимала. Но даже не ответила ничего.

Арнар помолчал, а затем неожиданно произнес:

— Помнишь, я говорил, что тебя в базарный день нельзя выпускать одну?

Отведя ладони от лица, вопросительно посмотрела на него.

Синие глаза с багровым зрачком сверкнули искоркой затаенной улыбки, и Тень продолжил мысль:

— Одну нельзя, а вот со мной можно. Прогуляться хочешь?

— Скорее да, чем нет, — растерянно ответила я.

Затем глянула на часы и только сейчас поняла — девушки не пришли. Потом, припомнив обстановку в департаменте, осознала, что тут вообще было на редкость пусто сегодня.

— Выходной, — с улыбкой наблюдая за моим осознанием действительности, сообщил Арнар. — Я же сказал — базарный день. Плохие ночи закончились две недели назад, соответственно, сегодня — базарный день. Собирайся, сейчас зайду за тобой.

* * *Базарный день проходил в лесу, что было ожидаемо. Из неожиданного — этот лес был невысоким и редким, и здесь ныне были размещены столы, на которых сверкали, переливались, мерцали, искрились и прочее в основном украшения. Их блеск был виден еще издали.

И я, прижавшись к стеклу дверцы флайта, с интересом оглядывала и весь этот «базар», и редкие подлетающие флайты, и массовые паркинги, частично стихийные и прямо в лесу, и толпы, толпы, толпы… Подлетев ближе, обнаружила, что по большей части толпа сильно беременна.

— Да, весенние плохие ночи обычно гораздо более продуктивны, чем осенние, — почему-то сказал Тень.

— В смысле? — не поняла я.

Он приземлился, выпрыгнул из флайта, обошел его, открыл дверь с моей стороны и, протянув мне руку, пояснил:

— В смысле, здесь практически все женщины сейчас на седьмом месяце беременности.

И помог мне выйти.

А пока я стояла и натягивала перчатки, добавил:

— У остальных срок беременности две недели плюс-минус пару дней. Так что, если увидишь падающих в обморок, не пугайся, на таком сроке это обычное дело. На обоих сроках.

Я, шокированно глядя на явно потешающегося надо мной сахира, нервно спросила:

— А за каким дерсенгом их тогда сюда вообще таскают?

— Извиняться, — широко улыбнулся Арнар. — После плохих ночей миновало две недели, все физические раны уже затянулись, тут лечат душевные.

Сахир протянул мне руку, предлагая пойти и… залечить душевные раны?!

— Мне как-то уже не очень хочется туда идти, — нервно выговорила я.